Return to Articles by Alexander V. Vorontsov


Вашингтон задумался о мире с Северной Кореей

- Корейский кризис -


ГЕОРГИЙ БУЛЫЧЕВ, АЛЕКСАНДР ВОРОНЦОВ Коммерсантъ, 30-04-2003

Встреча представителей США и КНДР в Пекине закончилась в пятницу утром, но лишь вчера стало известно, как ее оценивает Вашингтон. Глава госдепартамента Колин Пауэлл назвал переговоры "очень полезными". Он признал, что Северная Корея "предложила план по достижению договоренности относительно своих ядерных и ракетных программ и ожидает чего-то значительного взамен", и добавил, что "этот план изучается".

Отсутствие официальных комментариев в первые дни после окончания американо-северокорейской встречи в Пекине заставило многих наблюдателей сделать вывод о ее провале. Оснований для этого было предостаточно. Вашингтон предъявил Пхеньяну ультиматум: без всяких предварительных условий прекратить разработку ядерной программы и демонтировать ядерные объекты. Только после этого, заявили американские дипломаты, США согласятся подумать о возможности обсуждения мер по урегулированию ситуации вокруг Северной Кореи в многостороннем формате. Пхеньян ультиматум отверг и пошел на обострение: в кулуарах главный северокорейский переговорщик Ли Гун заявил своему американскому коллеге Джеймсу Келли, что КНДР уже обладает ядерным оружием. Американцы сразу же обнародовали эту информацию.

По мнению российских аналитиков, и для США, и для КНДР встреча в Пекине была своего рода разведкой боем. Стороны продемонстрировали жесткость и дали понять, что отступать не намерены. Пхеньян припугнул Вашингтон ядерным оружием, после чего появились сообщения, что переговоры были завершены досрочно. Но это не означает, что диалог прерван.

Как стало известно Коммерсанту, в Вашингтоне сейчас рассматриваются две возможные линии поведения по отношению к Пхеньяну. Первая -- жесткая: создать видимость абсолютной непреклонности Вашингтона, форсировать усилия по тотальному давлению на Пхеньян (через СБ ООН и другие каналы) и, заявляя о возможности силовой акции против КНДР, в итоге добиться от северокорейцев максимальных уступок, вплоть до изменения политического режима. Второй вариант предполагает продолжение переговоров с целью убедить Пхеньян отказаться от ядерной программы.

Заявление северокорейцев о наличии у них ядерного оружия мало что изменило. Американцы подозревают, что это блеф: разведка США не подтверждает того, что в КНДР уже превращают отработанное ядерное топливо в оружейный плутоний. Кстати, российские специалисты уверены, что даже при наличии у Северной Кореи оружейного плутония ее технические возможности недостаточны для создания работоспособного ядерного взрывного устройства.

Поэтому сенсационное "признание" Ли Гуна было, скорее всего, обозначением рамок возможного торга: Северная Корея не примет никаких предварительных условий, она готова отказаться от ядерного оружия (которого, возможно, у нее и нет) только в обмен на гарантии ненападения и невмешательства в свои внутренние дела со стороны США. Другими словами, Пхеньян требует исключить его из "оси зла".

Судя по многим признакам, Вашингтон в принципе не против. Об этом говорит хотя бы то, что США пошли на переговоры с КНДР (напомним, что о переговорах с Саддамом Хусейном не шло и речи). Причем встреча прошла практически в том формате, на котором настаивал Пхеньян, отвергавший многосторонние переговоры и соглашавшийся говорить с Вашингтоном только один на один. Кроме того, впервые с начала корейского кризиса Вашингтон воспринял предложения Пхеньяна всерьез -- по признанию Колина Пауэлла, "они изучаются".

Если американцы окончательно сделают выбор в пользу дипломатического урегулирования кризиса, вполне реальной станет и "пакетная сделка", которую Россия предложила США и КНДР еще зимой. Ее схема такова: КНДР сворачивает ядерную программу поддающимся проверке путем (ядерные материалы и оборудование вывозятся из страны), прекращает экспорт ракет, производство химического и биологического оружия. США в ответ снимают санкции и эмбарго, официально признают КНДР, в соответствии с уставом ООН берут на себя обязательство не использовать против нее военную силу и другие средства давления, а также оказывать КНДР экономическое содействие, прежде всего в обеспечении ее энергетических потребностей.

В условиях ослабления (в глазах и США, и КНДР) роли ООН гарантами выполнения всех этих договоренностей могут стать страны-коспонсоры -- Китай, Россия, Япония, Южная Корея и, возможно, ЕС. Они могли бы участвовать в окончательной доводке содержания пакетной сделки между США и КНДР на многосторонней конференции и подписаться под юридически обязывающим соглашением на этот счет (его также стоило бы зарегистрировать в ООН). Кроме того, упомянутые страны могли бы участвовать в выработке и реализации программ экономического содействия Северной Корее.

Правда, в последнее время в выступлениях представителей американской администрации не раз звучали высказывания, свидетельствующие о намерении отстранить Москву от участия в урегулировании кризиса на Корейском полуострове. Возможно, после окончания войны в Ираке Вашингтон не в силах удержаться от соблазна показать России ее "реальное" место. А может быть, в Белом доме опасаются, что Москва, постоянно напоминающая об угрозе открытого военного конфликта в случае полной изоляции Северной Кореи, окажется менее лояльным участником антипхеньянской коалиции, чем Пекин, испытывающий ужас при мысли о том, что если Северная Корея обзаведется ядерным оружием, ее примеру может последовать Тайвань.

Как бы то ни было, по мнению российских экспертов, попытки "оттереть" Москву противоречат в первую очередь американским интересам. Разжигание соперничества в корейском урегулировании между Москвой и Вашингтоном на руку прежде всего Северной Корее. В этом случае она вряд ли устоит перед соблазном поиграть на разногласиях между Россией и США.

ГЕОРГИЙ БУЛЫЧЕВ, АЛЕКСАНДР ВОРОНЦОВ
TopList Return to Articles by Alexander V. Vorontsov