КОММЕНТАРИЙ

Эти рассуждения вряд ли покажутся интересными современным людям (или людям,
считающим себя таковыми), но могут представлять некоторый интерес для людей,
которые придерживаются тех же верований или предположений, что эльфийский
король Финрод. На самом деле это всего лишь часть картины воображаемого мира
"С". Это пример того, что могли бы сказать два вдумчивых собеседника, эльф и
человек, хорошо знающие друг друга. Мы видим, как благородный и мудрый эльф
пытается постичь, какова связь меж эльфами и людьми и какую роль они должны
были играть в том, что он назвал бы "Ойенкармэ Эруо" (Вечнотворение Единого),
понятие, которое можно передать как "Божье управление Действом". В этом мире
есть вещи, которые следует принять как "факты". СУЩЕСТВОВАНИЕ ЭЛЬФОВ - т.е.
расы существ, близко родственных людям, настолько близко, что с физиологической
(или биологической) точки зрения их можно считать просто ветвями одной и той же
расы (1). Эльфы появились на Земле раньше, но ненамного (по меркам мифологии
или геологии); они "бессмертны", т.е. могут "умереть" только от несчастного случая.
А люди к тому времени, когда они явились на сцену (т.е. повстречались с эльфами),
были, в общем, такими же, как теперь: даже если с ними ничего не случалось, лет в
70-80 они все равно умирали. СУЩЕСТВОВАНИЕ ВАЛАР - неких "ангельских"
существ (сотворенных, но не менее могучих, чем, по крайней мере, "боги"
человеческих мифов), главные из которых все еще жили на Земле, в конкретном,
реально существующем месте. Они были посланцами Эру (Бога) и правили от Его
имени. Много тысячелетий назад они участвовали в акте творения, созидая
Вселенную (Эа) по замыслу Эру; но теперь их помыслы были сосредоточены на
Земле, ибо там разыгрывалось центральное Действо Творения: война "эрухини"
(Детей Бога), эльфов и людей, против Мелькора. Мелькор, первоначально
могущественнейший из валар, восстал против своих собратьев и самого Эру и
сделался Духом изначального Зла. Говоря о короле Финроде, следует иметь в виду,
что вначале он придерживается следующих взглядов (он сказал бы, что они основаны
на таких источниках, как его собственная тварная природа, сведения, полученные от
валар, размышления и опыт): 1. Существует Эру (Единый); т.е. Единый Бог-Творец,
который создал (или, точнее, задумал) Мир, но Сам Он Миром не является. Этот Мир,
или Вселенную, он называет "Эа" (эльфийское слово, означающее "Оно есть" или "Да
будет!") 2. На Земле живут "воплощенные" создания, эльфы и люди. Они
представляют собой союз "хроа" и "феа" (что приблизительно - но не вполне -
соответствует "телу" и "душе"). Он сказал бы, что относительно эльфов это у с т а н о
в л е н н ы й ф а к т, а, принимая во внимание близкое родство эльфов и людей,
можно утверждать то же самое о людях. 3. О хроа и феа он сказал бы, что они в корне
различны между собой и хотя "оба от Эру, но в разной степени" (I) *, но были
задуманы друг для друга, для * Римскими цифрами отмечены примечания автора; см.
в конце "Комментария". жизни в вечном согласии. Феа неуничтожима, это единое
целое, которое не может быть разделено на части или стать частью другого целого.
Но хроа может быть разрушено и уничтожено: это известно по опыту. (Феа такого
тела он назвал бы "изгнанной" или "бездомной"). 4. Разделение хроа и феа
"неестественно", и происходит не от изначального замысла, а от "Искажения Арды",
виной которому Мелькор. 5. "Бессмертие" эльфов ограничено отрезком Времени
(который он назвал бы "Историей Арды"), и точнее было бы назвать его
"повторяющимся [возобновляющимся?] долгожительством", пределом которому -
время существования Арды (II). Отсюда следует, что эльфийская феа тоже ограничена
Временем Арды или, по крайней мере, связана с Ардой и неспособна оставить ее,
пока та существует. 6. Отсюда можно было сделать логический вывод (даже если бы
эльфы не знали этого по собственному опыту), что "бездомная" эльфийская феа,
наверно, имеет власть или возможность вернуться к жизни во плоти, если будет на то
ее желание и воля. (На деле эльфы обнаружили, что их феа не могут сделать этого
сами, и возможность и средства для этого предоставляют им валар, по особому
разрешению Эру, ради того, чтобы ликвидировать противоестественное разделение.
Валар не имели права заставить феа вернуться; но они могли определять условия и
решать, следует ли дозволить феа вернуться, и если да, то каким образом и когда
(III)). 7. Поскольку люди умирают безо всякой внешней причины и помимо своей
воли, их феа, видимо, относятся ко Времени по-другому. Эльфы верили - хотя точных
сведений они не имели - что феа людей, расставшись с телом, рано или поздно
покидают Время и не возвращаются (IV). Эльфы заметили, что все люди умирают (и
люди подтверждали это). Поэтому эльфы решили, что для людей это "естественно" (а
следовательно, так задумал Эру). Они предполагали, что краткость человеческой
жизни обусловлена тем свойством человеческой феа, что она не предназначена
надолго оставаться в Арде. Тогда как их собственные феа, созданные, чтобы
оставаться в Арде до конца, сообщали долговечность их телам: они по опыту знали,
что гораздо лучше, чем люди, владеют своим телом (V). Дальше Конца Арды разуму
эльфов проникнуть было не дано, и им ничего не рассказывали об этом (VI). Эльфам
казалось очевидным, что их хроа погибнут и любое перевоплощение станет
невозможным (VII). Значит, в Конце Арды все эльфы "умрут". Как это будет, они не
знали. Поэтому они говорили, что у людей тень позади, а у эльфов впереди. Перед
ними стояла следующая дилемма. Мысль о существовании в виде бездомных феа
казалась им отвратительной, и они не могли поверить, что для них это естественно,
что это предназначено им - ведь они были по сути своей "жителями Арды", и от
природы всей душой любили ее. Но другой выход - что "в Конце" феа тоже перестанут
существовать - казался еще ужаснее. И полное исчезновение, и потеря непрерывного
самосознания были абсолютно неприемлемы для разума и желаний (VIII). Иные
утверждали, что, хотя каждая феа цельна и неповторима (как и сам Эру, от которого
они происходят напрямую), она, тем не менее, сотворена, а потому конечна, и
существование ее не может быть безграничным. Внутри положенных ей пределов она
неразрушима, но, достигнув их, перестает существовать - или перестает получать
новые впечатления и "целиком находится в Прошлом". Но эльфы понимали, что это
не выход. Даже если эльфийская феа способна "сознательно" пребывать в Прошлом
или созерцать его, это состояние совершенно не соответствует ее желаниям (См.
VIII). У эльфов, как они сами говорили, "большие способности" к воспоминаниям, но
это ведет скорее к сожалениям, чем к радости. К тому же, как бы долго ни тянулась
История эльфов прежде, чем она закончится, она все же оказалась бы слишком
краткой. Вечно жить, как они говорили, "в плену истории", даже если это
грандиозная история с величественным финалом, в конце концов сделалось бы мукой
(5). Ибо еще сильнее способности эльфов к воспоминаниям была их способность к
творчеству и исследованию. Эльфийская феа была предназначена в первую очередь
создавать и творить совместно с хроа. И потому последним прибежищем эльфов
была, как они говорили, "чистая эстэль": вера в Эру, вера в то, что все, что Он
намерен дать после Конца каждой феа, будет вполне удовлетворительным (по
меньшей мере). А может быть, их ожидает некая нечаянная радость. Но эльфы
верили, что ожидающее их будет ** иметь доступную разуму связь с их нынешней
природой и желаниями, будет происходить из них и включать их. Именно поэтому
эльфы не так сочувствовали людям, стоящим перед лицом смерти и не имеющим
надежды (эстэль). Разумеется, мало кто из людей знал о "Тени впереди", которая
определяла мышление и мировосприятие эльфов - люди просто завидовали их
"бессмертию". А эльфы, в свою очередь, не подозревали о древнем предании людей,
будто они по природе бессмертны. Как можно видеть из "Атрабет", Финрод, узнав об
этом предании, изумлен и глубоко взволнован. Он обнаруживает еще одно предание,
сопутствующее первому: будто перемена природы людей произошла из-за некоей
первобытной катастрофы - какой именно, легенда умалчивает (или, по крайней мере,
Андрет предпочла умолчать) (IX). Тем не менее Финрод остается при убеждении, что
природа людей не могла изначально быть такой же, как у эльфов; иначе люди были
бы просто разновидностью эльфов - и зачем тогда Эру ввел их в Действо отдельно,
позднее? Финрод считает, что человеческие представления о том, что, не переменись
люди, они бы не умирали (т.е. не покидали бы Арду) возникла из-за того, что люди
неправильно понимают свои собственные предания - а быть может, еще и хотят быть
такими, как эльфы. Прежде всего, он думает, что это не соответствует, как мы бы
сказали, "очевидным особенностям человеческой психологии" и отношения людей к
зримому миру - в сравнении с эльфами. Поэтому Финрод предполагает, что именно
страх смерти был плодом катастрофы. Смерть страшна, потому что теперь она
сопряжена с разлукой хроа и феа. Но, наверное, изначально было задумано, чтобы феа
людей покидали Арду добровольно, и даже по собственному желанию. Возможно,
люди оставались бы здесь дольше, чем теперь, но все равно совсем мало по
сравнению с эльфами. Опираясь на аксиому, что разлука хроа и феа противна
естеству и изначальному замыслу, он приходит (или перескакивает, если хотите) к
выводу, что феа человека непадшего должна была забирать свое хроа с собой, в новое
бытие, бытие вне Времени. Другими словами, это "успение" было естественным
концом всякой человеческой жизни, хотя, насколько известно, до сих пор это
случилось лишь с единственным "непадшим" представителем рода человеческого (6)
[А Илия как же?]. И тут Финроду является видение: люди - "исцелители" Арды, не
просто исправляющие зло, содеянное Мелькором, но созидающие нечто третье, "Арду
Возрожденную" - ибо Эру никогда не стирает прошлого - он всегда создает что-то
новое, лучшее, чем "изначальный замысел". В Арде Возрожденной и эльфы, и люди
обретут радость и утешение, и узы дружбы, рожденные Прошлым, объединят два
народа. Андрет говорит, что, если так, тем сокрушительней несчастье, постигшее
людей: ведь ныне это возрождение (если только люди действительно пришли ради
этого) невозможно. Но Финрод явно не оставляет надежды, что это все же свершится,
хотя не говорит, каким образом. Однако теперь он понимает, что Мелькор куда
могущественнее, чем казалось (даже эльфы недооценивали его мощи, хотя и видели
Мелькора во плоти), если он сумел изменить людей, и так разрушить замысел (7).
Точнее, Финрод хотел сказать, что Мелькор не "изменил" людей, а "соблазнил" их
(сманил к себе на службу) в самом начале их истории, и тогда Эру изменил их
"судьбу". Ибо Мелькор мог соблазнить умы и души отдельных людей, но был не в
силах сделать это наследственным и изменить (вопреки воле и замыслу Эру)
положение целого народа во Времени и в Арде. Но власть Мелькора над материей
была воистину велика. Вся Арда (а возможно, и многие другие части Эа) была
отравлена им. Мелькор был не просто местным, земным злодеем, и не
Ангелом-Хранителем Земли, сбившимся с пути истинного (*), - он был Духом Зла, *
Аллюзия на "Космическую трилогию" К.С. Льюиса. - Прим. перев. восставшим еще
до сотворения Эа. Его попытка стать владыкой всей Эа, а в особенности Арды, и
изменить замыслы Эру (которым следовали верные валар) породила зло, или
стремление уклониться от изначального замысла, во всей физической материи Арды.
Несомненно, именно поэтому он полностью преуспел с людьми, а с эльфами - лишь
отчасти (ибо, как народ, они остались "непадшими"). Его власть была- в материи и
через материю (Х). А феа людей от природы хуже управляли своими хроа, чем феа
эльфов. Конечно, отдельных эльфов можно было cклонить к мелкому "мелькоризму":
желанию хозяйничать в Арде по своей воле, делать все по-своему - что иногда
приводило даже к восстанию против опеки валар; но никто из эльфов не был слугой и
союзником Мелькора, и никто не отрицал существования и верховного владычества
Эру. Финрод предполагает, что люди сотворили что-то ужасное именно в этом роде;
но Андрет умалчивает о преданиях людей на этот счет (см. IX). Однако теперь
Финрод понимает, что при нынешнем положении вещей никто и ничто в Арде, да и
во всей Эа, не в силах противостоять злу и исправить его, то есть одержать победу не
только над Мелькором (хотя он к тому времени утратил часть изначальной силы), но
и над тем Злом, которое он рассеял по всему мирозданию. Это мог сделать лишь сам
Эру. А поскольку невозможно представить, что Эру дозволит Мелькору
восторжествовать и подчинить себе весь мир (то есть разрушить его и привести в
состояние хаоса), это означает, что Сам Эру должен прийти и повергнуть Мелькора.
Но ведь Эру не может п о л н о с т ь ю войти в мир и в его историю - ведь как она ни
велика, она остается лишь конечным Действом. Он, как Автор, должен всегда
оставаться "вне" Действа, хотя оно с начала до конца, в каждой детали и в любую
минуту, основано на его замысле и воле. Поэтому Финрод думает, что, когда Он
придет, Ему необходимо будет пребывать как внутри, так и "вне" мира - таким
образом, Финрод прозревает, что природа Эру может быть сложной и неоднородной,
- что не мешает Ему оставаться "Единым" (XI). Так как Финрод уже догадался, что
искупление и спасение первоначально было возложено на людей, он мог прийти к
выводу, что и "приход Эру", если таковой будет иметь место, будет связан в первую
очередь с людьми - то есть ?? к ??воображаемой догадке или прозрению, что Эру,
придя, воплотится в образе человека. Однако в "Атрабет" этого нет. Разумеется, в
"Атрабет" эти рассуждения изложены другими словами, и в другом порядке, и не так
отчетливо. "Атрабет" - это беседа, и многие выводы и повороты мысли приходится
угадывать читателю. В "Атрабет", конечно, говорится о таких вещах как смерть и
положение эльфов и людей по отношению ко Времени, к Арде и друг к другу, но все
же в первую очередь это художественное ? произведение. В нем показано
великодушие Финрода, его любовь и жалость к Андрет; в нем описана трагическая
ситуация, какие могли возникать в отношениях эльфов и людей (во времена юности
эльфов). Ибо, как в конце концов выясняется, Андрет в юности влюбилась в Аэгнора,
брата Финрода; она знала, что Аэгнор тоже любит ее (или мог бы любить, если бы
снизошел до этого), но он ничего не сказал ей и оставил ее - оттого, что она слишком
ничтожна для эльфа, решила Андрет. Финроду, хотя Андрет не знала этого, эта
история была известна. Поэтому он понимал, отчего она так резко отзывается об
эльфах и даже о валар, и не обижался на нее. В конце концов Финроду удалось
убедить Андрет, что Аэгнор не "отверг" ее из эльфийской спеси - "мудрость" велела
ему оставить ее; и это стоило Аэгнору тяжких мук: он тоже был жертвой этой
трагедии. На самом деле, Аэгнор погиб вскоре после этого разговора (8), во время
Битвы Внезапного Пламени, когда Мелькор разбил Осаду Ангбанда и начался упадок
эльфийских королевств Белерианда. Финрод укрылся на юге, в большой крепости
Нарготронд, но вскоре погиб - пожертвовал жизнью ради Берена Однорукого. (Об
этом нигде не говорится, но, вероятнее всего, Андрет тоже погибла в это время:
Мелькор тогда захватил и опустошил все северное королевство, где жил Финрод с
братьями и народ Беора. Но она к тому времени была уже глубокой старухой) (9).
Таким образом, Финрод погиб раньше, чем были заключены два брака эльфов и
людей - хотя, если бы не он, Берен и Лютиэн никогда бы не поженились. На судьбе
Берена сбылось предсказание Финрода, что Рок может допустить такой брак лишь
ради некоей высшей цели, и что наименее жестокий конец его - скорая смерть для
обоих.
 
 

    Примечания автора к "Комментарию"
 
 

    Примечание I

Поскольку считалось, что феа создает сам Эру и "посылает" их "внутрь" Эа - тогда как
Эа создана при посредничестве Валар. Согласно "Айнулиндалэ", Творение
совершалось в пять стадий: а) Эру сотворил Айнур; б) Эру сообщил Айнур свой
Замысел; в) Великая Музыка - она была как бы репетицией, и существовала лишь в
мыслях и в воображении; г) "Видение" Эру - оно тоже было лишь провидением того,
что должно было быть, и осталось незавершенным; д) Воплощение - оно
продолжается по сей день. Эльдар считали, что Эру был и остается свободным на
любой стадии. Эта свобода проявилась в том, что после появления разлада Мелькора
Он ввел в Музыку две новых темы, предрекавших приход эльфов и людей, которых не
было в той теме, что Он задал сначала (10). Поэтому и на пятой стадии Он может
напрямую вводить новое, не бывшее в Музыке и потому не созданное Валар. Однако в
целом верно, что Эа создана через их посредничество. Однако дополнения Эру не
"чужды" Эа - они соответствуют природе и сущности Эа и живущих в ней; они могут
расширять прошлое и обогащать его смысл и цель, но тем не менее они не
уничтожают, а включают его. Поэтому "новизна" тем Детей Эру, эльфов и людей,
состояла в том, что феа соединились или "поселились" в хроа, которые принадлежат
Эа, так, что феа неполноценна без хроа, а хроа - без феа, хотя феа - это духи, во
многом подобные Айнур, в то время как тела сродни телам всех прочих живых
существ, которые уже были в первоначальном замысле, хотя эти тела приспособлены
к новым целям и изменены феа, живущими внутри них.
 
 

    Примечание II

Слово "Арда" (или "Королевство Арда", ибо ею правит Манвэ, наместник Эру) не так
легко перевести. Ни "Земля", ни "Мир" не подходит. На самом деле, "Арда" - это то,
что мы назвали бs "Солнечной Системой" (11). По-видимому, Эльдар обладали всеми
сведениями о ее устройстве, происхождении и отношении к остальной Эа, которые
они были способны уразуметь. Вероятно, соответствующие знания были даны - тем,
кто этим интересовался. Не все Эльдар интересовались всем на свете; большинство из
них исследовали (или, как они говорили, "любили") прежде всего Землю. Предания,
которые излагаются здесь, принадлежат Эльдар Первой эпохи, но дошли до нас через
эльфов, которые никогда не общались с Валар, и людей, получивших "мудрость" от
эльфов (хотя были у них и свои собственные мифы и легенды об устройстве
мироздания, и свои зачаточные сведения по астрономии). Однако в этих преданиях
нет серьезных расхождений с современными представлениями людей о Солнечной
системе, ее размерах и положении во Вселенной. Однако не надо забывать, что
"Истинные знания" об Арде (которые древние Эльдар могли получить от Валар) не
обязательно совпадают с современными человеческими теориями. Кроме того,
астрономические масштабы и расстояния отнюдь не подавляли Эльдар (а тем более
Валар), и вообще не производили на них особого впечатления. Можно сказать, что их
внимание - во всяком случае, внимание "С" и связанных с ним текстов -
сосредоточено на "действии". Страны или планеты интересны не сами по себе, а
потому, что там что-то происходит. Несомненно, по эльфийским преданиям, главная
часть Арды - Земля (Имбар, "Жилище") (12), место Действа - войны Валар и Детей
Эру с Мелькором; так что, по-видимому, в повседневном употреблении "Арда"
означало "Земля"; с этой точки зрения, назначение Солнечной системы - сделать
возможным существование Имбара. Что же касается положения Арды в Эа, то
утверждение, что главные из Айнур-творцов (Валар), в том числе и Мелькор -
первоначально могущественнейший из них - поселились в Арде, предполагает, что,
как ни мала Арда, она является ареной главных событий в Эа. Эти взгляды не имеют
отношения ни к математике, ни к астрономии, ни даже к биологии, и вовсе не
обязательно противоречат представлениям наших естественных наук. Мы не можем
утверждать, что в Эа "обязательно" есть другие солнечные системы, "подобные" Арде
- а если даже они и есть, вовсе не обязательно в одной из них должен существовать
мир, подобный Имбару. Нельзя даже утверждать, что с точки зрения математики это
"вполне вероятно". Но даже если можно было бы доказать существование
"биологической жизни" где-то еще в Эа, это не опровергло бы мнения Эльдар, что
Арда (пока она существует) - в центре событий. Если бы удалось доказать, что где-то
есть другие Воплощенные, подобные Детям Эру, это, конечно, изменило бы картину -
но не разрушило. На это эльфы, вероятно, сказали бы: "Ну, это другая История.
Другая, а не наша. Конечно, Эру может создать и несколько историй. Не обо всем
сказано в "Айнулиндалэ"; а может, и мы не все понимаем из того, что там говорится -
говорится о других действах, которые развиваются по-другому и кончаются иначе, и
все же подобны нашему; возможно, они уже были или еще будут". Но они бы
непременно добавили: "Но только не теперь. Сейчас главное в Эа - то, что
происходит в Арде". Очевидно, эльфы действительно полагали, что Действо Арды
уникально. Наши современные знания не позволяют опровергнуть это. Конечно,
эльфы прежде всего, и очень глубоко (глубже, чем люди) интересовались Ардой и, в
частности Имбаром. Видимо, они придерживались мнения, что материальный мир,
Эа, имеет начало и конец, то есть ограничен и конечен во всех измерениях. Они,
несомненно, полагали, что ни одна вещь, ни одно "творение", пусть даже самое
основное, созданное из "первоматерии" (они называли ее "эрма" (14)) не может быть
вечно в пределах Эа. Поэтому они очень беспокоились о "Конце Арды". Они знали,
что их жизнь ограничена пределами Арды, но, похоже, не имели представления,
сколько она просуществует. Может быть, Валар и сами этого не знали. Но, скорее
всего, это было сокрыто от эльфов по воле или замыслу Эру - согласно эльфийским
"Час, его же не весть никто, ниже ангели Его". преданиям, Он требует от Своих Детей
(и тех, и других) двух вещей: веры в Него и, как следствие из первого, надежды - или
доверия к Нему (Эльдар называли это "эстэль"). Но, предсказан Конец Арды в Музыке
или нет, Эру волен вмешаться и оборвать Историю в любой момент; так что
предсказать Конец невозможно. (Менее крупным, как бы предрекающим Конец,
вмешательством того же рода было уничтожение Нуменора и конец присутствия
воплощенных Валар в Имбаре). Эльфы полагали, что Конец будет именно
катастрофой. Они не верили, что Арда (или, по крайней мере, Имбар) просто
истощится, одряхлеет и умрет от старости. Но об этом они никаких мифов не
сложили. См. VII.
 
 

    Примечание III

Согласно преданиям эльфов, их перевоплощение Эру доверил Манвэ, дав ему на то
особое дозволение, когда Манвэ во время споров о деле Финвэ и Мириэли (15)
заговорил с Эру, прося совета. (Мириэль умерла в Амане - она не желала более жить в
своем теле; и так возник вопрос о противоестественном разлучении феа эльфа и ее
хроа и о тех эльфах, которые из-за этого теряли супруга: Финвэ, муж Мириэль,
остался вдовцом). Валар, точнее, Мандосу - глашатаю, а часто и исполнителю
повелений Валар - были даны власть и право призывать все бездомные феа эльфов в
Аман. Там им предоставляли выбор: остаться бездомными, либо (при желании)
обрести новый дом, во всем подобный прежнему (16). Тем не менее
перевоплотившиеся, как правило, должны были оставаться в Амане. Так что те, кто
жил в Средиземье, теряли друзей и родичей, а те теряли их, и этого нельзя было
исправить. Смерть все же оставляла шрамы. Но благодаря тому, что эльфы были
уверены в том, что с ними будет после смерти, и знали, что при желании смогут хотя
бы снова обрести плоть, и творить, и создавать, и постигать Арду, смерть для них (как
заметила Андрэт) была совсем не тем, чем представлялась она людям. Эльфам был
предоставлен выбор, ибо Эру не дозволил отнимать у них свободную волю.
Бездомные феа призывались к Мандосу, а не приводились силой. Они могли и не
приходить - но это означало, что такая феа чем-то запятнана: иначе бы она не
отказалась подчиниться власти Мандоса; отказ имел тяжкие последствия, какие
всегда влечет за собой восстание против законной власти. Перевоплощенные, "как
правило, оставались в Амане" - просто потому, что они воплощались в обыкновенное
тело, и возвращение в Средиземья было для них тяжелым и небезопасным. К тому же,
на время Изгнания Нолдор Валар прекратили всякое (материальное) сообщение
между Аманом и Средиземьем. Валар, конечно, могли переправить в Средиземье
того, кто имел серьезные причины вернуться туда. Разлука с родными и близкими,
видимо, не считалась ??настолько серьезной причиной. ?Вероятно, по велению Эру.
В любом случае, Нолдор, как народ в целом, сами закрыли себе путь к
снисхождению; они оставили Аман, требуя себе полной свободы, и отправились
воевать с Мелькором, полагаясь лишь на свою доблесть, навстречу смерти и всем ее
последствиям. Единственный известный в истории случай возвращения - это Берен и
Лютиэн. Берен погиб вскоре после свадьбы, а Лютиэн умерла от горя. Им обоим дали
новые тела и вернули их в Белерианд; но оба стали смертными и умерли, прожив
обычный человеческий век. Это, несомненно, было сделано с дозволения Эру, и
причины этого стали ясны лишь позднее; но это был действительно единственный в
своем роде случай. Горе Лютиэн было так велико, что, по словам Эльдар, оно тронуло
даже Мандоса Непреклонного. Берен и Лютиэн вдвоем совершили величайший
подвиг в войне против Мелькора: добыли Сильмарилл. Лютиэн была не из Нолдор:
отцом ее был Тингол (из Тэлери), а матерью - Мелиан. Мелиан была "божеством",
Майей (низшим духом того же рода, что Валар). От союза Берена и Лютиэн, ставшего
возможным благодаря их возвращению, в род человеческий влилась струя
"божественной" и эльфийской крови, и так после установления Владычества людей
сохранилась связь меж родом человеческим и Старшим Миром.
 
 

    Примечание IV

Рано или поздно - ибо эльфы полагали, что феа умерших людей отправляются к
Мандосу (волей или неволей - по отношению к смерти люди не имеют свободной
воли). Там они остаются ждать, пока не отправятся к Эру. Правда ли это, неизвестно.
Ни один живой человек не бывал в Амане. Ни одна феа умершего человека не
возвращалась в Средиземье. Хотя из всех этих установлений и правил бывают
исключения (ибо "Эру свободен"). Эарендиль достиг берегов Амана невзирая на
Запрет; но при нем был Сильмарилл, добытый праматерью Эарендиля, Лютиэн (18),
и, к тому же, Эарендиль был "полуэльфом": ему не разрешили вернуться в
Средиземье. Берен действительно вернулся к жизни, хотя и ненадолго; но никто из
живых людей не видел его после возвращения. После того, как Моргот был повержен
в Ангбанде, всем эльфам, жившим в Средиземье, было не только дозволено, но даже
приказано уйти "за Море", на Эрессэа (остров близ берегов Амана). На самом деле,
это было началом Владычества Людей - хотя между падением Моргота и
окончательным изгнанием Саурона был еще долгий (на наш взгляд) период сумерек:
целых две эпохи, Вторая и Третья. Но в конце Второй эпохи (в результате прямого
вмешательства Эру) произошла великая Катастрофа, как бы предвещающая Конец
Арды: был уничтожен Нуменор, а Аман был "исторгнут" из материального мира.
Поэтому после Катастрофы уйти "за Море" для Смертных (как описано в финале
"ВК") - совсем не то, что раньше. В каждом случае, это особая милость. Возможность
умереть так, как было предназначено непадшим созданиям: ушедшие переходили в
новое состояние, позволяющее достичь большей мудрости и душевного покоя,
исцелиться от всех душевных и телесных ран и, наконец, отдать свою душу: [я знаю,
как это звучит, но что делать, если тут так написано!] умереть добровольно, и даже
желая этого, умереть в "эстэль". Арагорн достиг этого без помощи извне.
 
 

    Примечание V

Поэтому они могли совершать более длительные и тяжелые физические усилия
(подчиняясь порыву воли) и не испытывать при этом усталости; они не были
подвержены болезням; они быстро исцелялись от ран, которые для человека
оказались бы смертельны, и могли подолгу выносить сильную физическую боль.
Однако от повреждения жизненно важных органов или от слишком тяжелых травм их
тела все-таки погибали; кроме того, они не могли восстановить утраченные части
тела (отрубленную руку, к примеру). С другой стороны, эльфы могли умереть - и
умирали - по своей воле: например. от сильного горя или тяжелой утраты или
разочарования в своих целях и стремлениях. Такая добровольная смерть не считалась
преступлением, но все же это был проступок и, возможно, следствие какого-то
изъяна или порока в феа, и тем, кто приходил к Мандосу таким путем, могли и не
разрешить воплотиться снова.
 
 

    Примечание VI

Либо потому, что Валар не знали об этом, либо потому, что они таили свое знание.
См. П (пятый абзац).
 
 

    Примечание VII

См. П. Эльфы считали, что Конец Арды будет катастрофой. Они думали, что тогда
будет до основания разрушена если не вся система, то, по крайней мере, Имбар.
Разумеется, Конец Арды - это совсем не то, что конец Эа. О последнем они не могли
сказать ничего, кроме того, что Эа конечна. Примечательно, что у эльфов не было
никаких мифов и легенд о конце света. Миф в конце "С" нуменорского
происхождения (19); он явно создан людьми, хотя эти люди были знакомы с
эльфийскими преданиями. Все предания эльфов - это "истории", рассказы о том, что
уже произошло. Мы имеем дело с воззрениями эльфов в ранний период, когда Эльдар
были еще совершенно "материальны", то есть имели настоящее тело. Позднее, когда
процесс, именуемый "развоплощением" или "истаиванием" (замеченный уже
Финродом) зашел достаточно далеко, их представления о Конце Арды (в том, что
касалось их самих), наверное, значительно изменились. Но о контактах эльфийской и
человеческой мысли в позднейшие эпохи известно слишком мало. Эльфы в конце
концов оказались воплощены не в настоящих, зримых и осязаемых, хроа, а в
воспоминаниях феа о своей телесной оболочке и тоске по ней (если это можно
назвать плотью); поэтому их существование уже не зависит от вещества Арды (20).
Но, похоже, они считали (и до сих пор считают), что их позднее (и нынешнее)
состояние противоестественно, и тоска по хроа - свидетельство тому. Эльфы хранят
эстэль, что Эру исправит это."Развоплощение" "противоестественно", что бы ни было
его причиной: слабость хроа, вызванная тем, что они были вынуждены поддерживать
свое существование веществом Арды6 испорченным Мелькором (как эльфы думали
раньше), или, отчасти, влияние могучей феа на материальное хроа, продолжавшееся
много веков. (В последнем случае "естественным" можно назвать лишь идеальное
состояние, в котором неискаженная материя могла бы вечно выдерживать и облекать
феа, идеально приспособленную к своей оболочке. Здесь нельзя говорить об
изначальном замысле Эру - ведь Темы Детей были введены уже после появления
разлада Мелькора. Поэтому "развоплощение" эльфов, видимо, было частью Истории
Арды, предусмотренной Эру - таким образом эльфы уступили путь Владычеству
Людей. Для эльфов наступление Владычества людей осталось загадкой и поводом для
печали: они говорят, что люди - теперь, когда зло Мелькора так сильно правит ими -
все меньше и меньше любят Арду саму по себе, и все больше и больше разоряют и
губят ее, пытаясь покорить и подчинить себе. Однако они и теперь верят, что Эру
исцелит все печали Арды через людей или с помощью людей; а участие эльфов в этом
исцелении или спасении будет заключаться в восстановлении л ю б в и к Арде - вот
здесь и пригодятся их память о Прошлом и знание того, какой могла бы быть Арда.
Арду, говорят они, погубят злые люди, но исцелит ее добро в человеке. Эльфы
победят злобу и торжествующее без-любие. А святость хороших людей - стремление к
Эру прежде и превыше всех Его созданий (21), - быть может, избавит эльфов от
последней из их бед - печали: ибо любовь, даже самоотверженная любовь ко всему,
что меньше Эру, рождает печаль).
 
 

    Примечание VIII

Желание. Эльфы утверждали, что "желания", особенно такие глубинные, как те, о
которых идет речь здесь, следует считать порождениями истинной природы
Воплощенных и указаниями на то, какой должна быть их неискаженная природа. Они
различали "желание феа" (ощущение нехватки чего-то нужного или необходимого,
порождающее желание или надежду); "прихоть", [не очень подходящее слово - в
оригинале, кажется, нет оттенка сумасбродства. - прим перев.] или "личное желание"
(ощущение нехватки чего-то, что нужно лишь тебе, причем это ощущение мало
соответствует или совсем не соответствует общей сути вещей), и "иллюзию" -
нежелание признать, что мир не таков, каким ему следовало бы быть, которое ведет к
ошибочной мысли, будто мир таков, каким хочется его видеть, когда это не так.
(Последнее можно также с полным правом назвать "принятием желаемого за
действительное"; но эльфы сочли бы это выражение неправомерным по отношению к
первому. Последнее можно опровергнуть, ссылаясь на факты. Первое нельзя. Разве
что считать в с е желания иллюзиями и, к тому же, единственным основанием
надежды на исправление. Но многие доводы, совершенно не связанные с "прихотью",
доказывают, что "желания души" вполне разумны. То, что эти доводы с о в п а д а ю т
с "желаниями" или даже с прихотями, не отменяет их. На самом деле, эльфы верили,
что, когда от какого-нибудь словечка или довода "сердце встрепенется" или
"вспыхнет радостью" (они об этом часто говорят), это отнюдь не признак ложности
этого довода, а наоборот: это значит, что феа признает его частью истины).
 
 

    Примечание IX

Вероятно, Андрет действительно предпочла умолчать. Отчасти из некой
солидарности, которая не позволяла людям открывать эльфам все, что они знали о
тьме позади; отчасти потому, что Андрет сама не могла разобраться в
противоречивых преданиях людей. В расширенных вариантах "Атрабет", явно
дополненных нуменорцами, она, по настоянию Финрода, дает более полный ответ.
Одни варианты ответа очень краткие, другие длиннее. Однако все сходятся на том,
что причиной катастрофы было то, что люди приняли Мелькора как Царя (или Царя и
Бога). В одной из версий прямо сказано, что полная легенда (укладывающая события
в меньший промежуток времени) - это нуменорское предание, потому что Андрет там
говорит: "Вот Повесть, которую поведала мне Аданэль из Дома Хадора". Нуменорцы
по большей части были потомками народа Мараха, и почти все их неэльфийские
предания принадлежат этому народу, а Дом Хадора правил ими (22). Легенда
несколько напоминает нуменорские предания о роли Саурона в падении Нуменора.
Но это не доказывает, что она целиком выдумана после катастрофы. Несомненно, она
опиралась на предания, которые действительно существовали в народе Мараха,
существовали независимо от "Атрабет". [Вставлено: "это не имеет отношения к ее
"истинности" исторической или какой-то иной"]. Разумеется, действия Саурона
неизбежно напоминали или воспроизводили действия его повелителя. То, что народ,
владевший подобным преданием, попался на удочку Саурона - печально, но, с точки
зрения человеческой истории вообще, вполне вероятно. Наверно, если бы у рыб была
своя наука и свои мудрецы, раздел о крючках занимал бы в этой науке весьма
скромное место (23). "Повесть Аданэли" прилагается (см. ниже).
 
 

    Примечание Х

"Материя" не рассматривается как нечто отрицательное или противоположное
"Духу". Материя изначально была абсолютно положительной. Она и осталась
"Творением Эру" и, в целом, благом. Она даже способна к самоисцелению, если ей не
мешают - т.е., пока чья-нибудь недобрая воля не пробудит сокрытого зла, внесенного
Мелькором. Мелькор сосредоточил свое внимание на материи, потому что дух можно
полностью подчинить себе только страхом, а страх проще всего вызывается с
помощью материи (особенно когда речь идет о Воплощенных - а Мелькор в первую
очередь стремился подчинить себе именно их). Например, можно запугать тем, что
любимые тобою материальные вещи подвергнутся разрушению или (в случае с
Воплощенными) что их тела будут повреждены. (Мелькор также использовал и
извращал в своих целях "страх Эру", понятый полно или смутно. Но это было труднее,
опаснее и требовало большей ловкости. Меньших духов он мог привлечь на свою
сторону любовью к себе и восхищением перед собой - и так довести их до восстания
против Эру. И тогда Мелькор обращал во зло их страх перед Единым, так что они
начинали смотреть на Мелькора как на вождя и защитника, и в конце концов
оказывались слишком запуганы, чтобы вернуться под руку Эру, даже после того, как
они поняли Мелькора и возненавидели его).
 
 

    Примечание ХI

На самом деле, на это есть намек уже в "Айнулиндалэ", где упоминается "Негасимый
Пламень". Видимо, это означает Творческую Деятельность Эру (в некотором смысле
отдельную от Него или независимую внутри Него), которая может давать вещам
"реальное" и независимое (хотя вторичное и тварное) существование. Эру посылает
Негасимый Пламень в сердце мира, и мир начинает Быть, на том же уровне бытия,
что и айнур, так что они могут войти в него. Но, конечно, это совсем не то, что
приход Эру для того, чтобы повергнуть Мелькора. Последнее имеет отношение скорее
к тайне "авторства", когда автор, оставаясь самим "вовне" и независимым от своего
творения, живет "внутри" него, на его вторичном уровне, более низком, чем уровень
его собственного бытия, живет в нем, как источник и основа его бытия.
 
 

    ["Повесть Аданэли"]

Но Финрод настаивал, и наконец Андрет сказала: - Вот Повесть, которую поведала
мне Аданэль из Дома Хадора. Говорят, что Несчастье случилось на заре истории
нашего народа, когда еще никто не умирал. Голос говорил с нами, и мы внимали. И
сказал Голос: - Вы - мои дети. Я послал вас, чтобы вы жили здесь. Придет время, и вы
унаследуете всю Землю, но пока вы еще дети и должны учиться. Взывайте ко мне, и
услышу; ибо я смотрю на вас. Мы понимали, что говорит Голос, хотя еще не имели
речи. Тогда в нас пробудилось желание говорить, и мы стали выдумывать слова. Но
нас было мало, а мир был огромен и нов для нас. Мы очень хотели познать его, но
учиться было трудно, и слов было мало. В те времена мы часто взывали, и Голос
отвечал нам. Но он редко отвечал на наши вопросы. Он говорил: - Сперва
постарайтесь найти ответ сами. Открытие доставит вам радость, и вы станете старше и мудрее. Не старайтесь повзрослеть раньше времени. Но мы спешили, и нам
хотелось делать все по-своему. На ум нам приходило множество вещей, которые мы
хотели бы сделать. И потому мы все реже и реже обращались к Голосу. Тогда явился
меж нами некто, подобный нам обличием, но выше и прекраснее нас; и он сказал, что
пришел к нам из жалости. - Плохо, что вас оставили одних и без наставника, -
говорил он. - Мир полон чудес и богатств, которые может дать знание. Вы могли бы
есть сытнее и вкуснее, а не так, как теперь. Вы могли бы построить себе уютные
жилища, и зажигать в них свет, оставляя тьму за порогом. Вы могли бы одеваться, как
я. И мы взглянули, и - о диво! - одежды его сияли серебром и золотом, и венец был на
челе его, и самоцветы горели в волосах. - Хотите быть, как я? - сказал он. - Я научу
вас. И мы согласились, чтобы он был нашим учителем. Но, вопреки нашим
ожиданиям, он вовсе не спешил учить нас, как добывать или делать самими то, чего
мы желали - а желаний немало пробудил он в наших сердцах. Но если кто-нибудь
начинал сомневаться или проявлять нетерпение, он приносил и давал нам все, чего
мы желали, и говорил: - Я - Даритель, и дары не иссякнут, пока вы верите мне. И
потому мы поклонялись ему, и он поработил нас: теперь мы зависели от его даров и
боялись вернуться к прежней жизни, которая казалась скудной и тяжкой. И мы
верили во все, чему он учил. Ибо мы жаждали знаний о мире и обо всем, что есть в
нем: о зверях, о птицах, о деревьях и травах, что растут на Земле; и о том, как мы
были сотворены, и о светилах небесных, и о звездах бессчетных, и о Тьме, в которой
они сияют. И все, чему он учил, казалось хорошим, ибо велики были его познания. Но
все чаще и чаще заговаривал он о Тьме. - Тьма - превыше всего, - говорил он, - ибо
Она не имеет границ. Я пришел из Тьмы, но я - повелитель ее. Ибо это я создал Свет.
Я создал Солнце, и Луну, и бессчетные звезды. Я спасу вас от Тьмы - а иначе Она
поглотила бы вас. Тогда мы сказали ему о Голосе. Но лицо его стало ужасным, ибо он
разгневался. - Глупцы! - воскликнул он. - То был Голос Тьмы. Она хочет отвратить
вас от меня; ибо Она жаждет поглотить вас. И он ушел, и долго не возвращался, и нам
было плохо без его даров. И наступил день, когда свет Солнца вдруг начал тускнеть, и
наконец погас, и великая тень пала на мир, и все звери и птицы были в ужасе. И тогда
он явился снова, как яркое пламя в темноте. Мы пали ниц. И тогда он сказал: - Есть
еще среди вас такие, кто внемлет Голосу Тьмы, и оттого Она приближается.
Выбирайте же! Кто будет вашим Владыкой - Тьма или Я? Если вы не примете Меня
как Владыку и не поклянетесь служить Мне, Я уйду и оставлю вас; ибо есть у меня
иные царства и иные жилища, и я не нуждаюсь ни в Земле, ни в вас. Тогда в страхе
сказали мы, как велел он: - Ты наш Владыка, и Тебе одному мы будем служить. Мы
отречемся от Голоса, и не станем более внимать ему. - Да будет так! - сказал он. -
Постройте же Мне дом на высоком месте, и назовите его Домом Владыки. Я буду
приходить туда, когда пожелаю. Там вы будете взывать ко Мне и излагать свои
просьбы. И когда мы построили большой дом, он пришел и стал перед троном, и весь
дом озарился, словно огнем. И сказал он: - Пусть же выйдут вперед те, кто еще
внемлет Голосу! Такие еще были, но они побоялись выйти вперед и промолчали. -
Тогда склонитесь предо Мной и присягните Мне! - сказал он. И все склонились долу,
говоря: - Ты - Единый Великий, и мы Твои. Тогда он словно вспыхнул дымным
пламенем, и нас опалило жаром. Но внезапно он исчез, и стало темней, чем ночью; и
мы бежали из Дома. После этого мы стали страшиться Тьмы. Он же очень редко
являлся нам в прежнем, прекрасном обличье, и даров приносил мало. Если мы в
великой нужде осмеливались приходить в Дом и молить его о помощи, он отвечал
нам и повелевал. Но теперь он всегда требовал от нас сделать что-нибудь или
принести ему какой-нибудь дар, прежде чем внять нашей молитве; и дела, которых он
требовал, становились все хуже, а дары - все непосильнее. Первый Голос мы с тех пор
слышали лишь раз. В ночной тиши Он заговорил и сказал: - Вы отреклись от Меня, но
остаетесь Моими. Я дал вам жизнь. Теперь она сократится, и все вы вскоре придете
ко мне и узнаете, кто ваш Владыка: Тот, кому вы поклоняетесь, или Я, создавший его.
Тогда мы стали еще больше бояться Тьмы, ибо думали, что это Голос Мрака, что
лежит за звездами. И мы начали умирать в ужасе и в муках, страшась уйти во Тьму.
Тогда мы воззвали к своему Повелителю, моля спасти нас от смерти, но он не
ответил. Но когда мы все собрались в Доме и преклонились долу, он наконец явился,
могучий и величественный, но лицо его было жестоким и гордым. - Теперь вы Мои и
должны исполнять Мою волю, - сказал он. - Что Мне до того, что иные из вас
умирают и отправляются насытить собою Тьму? Иначе бы вас расплодилось слишком
много, и вы расползлись бы по всей Земле, как вши. Но если вы не будете делать, что
Я велю, гнев Мой падет на вас, и вы умрете быстрее, ибо Я убью вас. И нас начали
осаждать всяческие беды: усталость, голод, болезни; и Земля и все, что на ней,
обратились против нас. Огонь и Вода восстали на нас. Звери и птицы начали избегать
нас, а те, что сильнее, нападали на нас. Растения отравляли нас; мы начали бояться
даже тени древесной. И мы тосковали о былой жизни, какой мы жили до прихода
Повелителя. И мы возненавидели его, но боялись его не меньше, чем Тьмы. И мы
делали все, что он велел, и даже больше: мы готовы были сотворить любое зло, в
надежде, что это понравится ему, и он облегчит наши страдания или хотя бы не
станет убивать нас. Большинство из нас старались тщетно. Но иных он стал
привечать: самых сильных и самых жестоких, и тех, кто чаще всего бывал в Доме. Им
он давал дары и знания, которые они хранили в тайне; и они стали могущественными
и гордыми, и поработили нас, так что мы не ведали отдыха средь трудов и горестей.
Тогда восстали иные средь нас, и в отчаянии сказали во всеуслышание: - Теперь-то
мы знаем, кто лгал нам, и кто хотел поглотить нас. То был не первый Голос. Это
Повелитель, которого мы признали; он-то и есть Мрак. И не пришел он из нее, как
говорил нам, но живет в ней. Не станем более служить ему! Ибо он Враг нам. И тогда,
боясь, что он услышит их и покарает нас всех, мы стали убивать их, если могли; а тех,
кому удалось бежать, мы преследовали; и когда кто-нибудь из них попадал нам в
руки, наши повелители, его друзья, приказывали отвести их в Дом и сжечь на костре.
Его друзья говорили, что он будет доволен этим. И в самом деле, казалось, на время
наши страдания облегчались. Но говорят, что некоторые все же спаслись от нас и
ушли в дальние страны, спасаясь от его тени. Но и они не избежали гнева Голоса; ибо
они тоже строили Дом и падали ниц. И наконец они достигли края земли и берегов
непреодолимого моря. И се! Враг уже ждал их там.

В материалах "Атрабет" имеется также "Словарь" (как назвал его отец), краткий список имен и терминов с определениями и некоторыми сведениями по этимологии. Эти материалы относятся только к "Атрабет" и, соответственно, их немного; но некоторых слов (таких, как "Атрабет", "Андрет", имен народа Беора) не хватает. [...] Большая часть содержащихся в нем сведений встречается в других местах, и я даю лишь отдельные статьи, некоторые из них в сокращении, с небольшими поправками, внесенными для ясности.

АДАНЭТ (синд.) "женщина, смертная женщина".

АРДА "королевство", т.е."королевство Манвэ". "Солнечная система", и, в частности, Земля,
как сцена центрального действия, войны "Детей Эру" против Мелькора.

ВАЛАР [отрывок]  ...означает "обладающие могуществом, Могущества". Но точнее было
бы переводить как "Власти". "Могущество" валар зиждилось на "власти", которой наделил
их Эру. Они обладали "мощью", необходимой для выполнения их обязанностей, а именно - весьма обширной, божественной властью над материей Вселенной, таким же знанием ее, а
также пониманием замыслов Эру. Но им было запрещено воздействовать
с и л о й  и принуждением на Детей Эру. "Мощь" как силу, в том числе физическую,
обозначает корень melk- (в слове "Мелькор").

МАНДОС [отрывок] (Имя Mandos (основа mandost-) означает приблизительно "тюремный замок": от mbando "стража, охрана" и osto "крепость, укрепление". Синдарская форма
mbando, квэн. mando, была band - отсюда Angband, "Железная темница", название крепости Моргота (квэн. Angamando).

МЕЛЬКОР (также "Мелько") [отрывок] (Melkor, более раннее Melkore,
вероятно, означает "Восставший в силе"; Melko - просто "могучий")(24).

МИРРОАНВИ (Mirroianwi) Воплощенные, "духи", "вселенные в плоть"; ср. хроа. (Oт *
mi-srawanwe).

НОЛДОР (n~oldor) Это слово означает "хранители мудрости", те, кто
посвятил себя познанию. (Древнейшая форма ngolodo; квэн. noldo, синд. golodh;
сочетание n~ соответствует эльфийской букве, передающей заднеязычный носовой,
как ng в английском king). Квэнийское слово n~ole значит "знание, наука", но его
синдарское соответствие gul приобрело дурной оттенок, из-за того, что оно часто
встречается в словах типа morgul (ср. "Минас Моргул" во "ВК"), и стало обозначать
исключительно дурное или извращенное знание, черную магию, колдовство. Слово
gul использовалось также в наречии Мордора.

ФЕА "душа", "дух" - индивидуальный "дух", живущий в "хроа" любого из
Воплощенных. Это понятие более или менее соответствует нашей "душе", а также
"разуму", если проводить различие между мышлением и мыслительными процессами Воплощенных, обусловленными и ограниченными содействием физических органов
хроа. Таким образом, феа по сути своей (если отвлечься от ее опыта) является импульсом
и способностью мыслить: исследовать и рассуждать, в отличие от получения сведений
извне. Феа обладает сознанием и самосознанием; при этом "я" для Воплощенных
включает также и хроа. Эльдар говорили, что феа сохраняет впечатления или
воспоминания хроа и своего опыта, приобретенного совместно с телом. (Квэнийское
fea (не дифтонг, произносится в два слога) - от более древнего *phaya. Синдарское faer,
с тем же значением, соответствует квэнийскому faire, "дух" вообще, в противопоставлении
"материи" (erma) или "плоти" (hrave)).

ХРОА см. ФЕА. (Квэнийская форма происходит от более древнего *srawa. Синдарская
форма hroa и hrave - rhaw; ср. МИРРОАНВИ).

ЭДЭННИЛЬ (квэн. "Атандиль") - "друг атани, людей"; прозвище Финрода.

ЭЛЬДАР [отрывок] ...Но лишь часть эльдар действительно достигла Амана.
Немалая часть Третьего Народа ("линдар", "певцов", которых еще называют
"тэлери","последними") осталась жить на Западе Средиземья. Это "синдар", "Серые
Эльфы"... Эльфы, живущие в Амане или возвратившиеся оттуда, назывались Высшими
Эльфами ("тарэльдар")(25). Далее приводятся несколько отрывков из черновых
набросков к "Атрабет". Первые два - из наброска, который соответствует
окончательному тексту от слов Финрода "Но что же такое Человек?" (строка 398) до
слов "Ему придется Самому войти сюда, чтобы повергнуть его" (строка 586), но в
некоторых аспектах коренным образом отличается от него. Первый отрывок
начинается со слов Финрода "А может, есть где-то иной мир, а все, что видим и
знаем мы, эльфы и люди, лишь знаки, напоминания о нем?" (строка 439). - Eсли он
есть, то лишь в замыслах Эру, - ответила Андрет. - Но я не знаю ответа на такие
вопросы. Единственное, что я могу сказать: есть среди нас такие, кто полагает, что
мы пришли сюда, чтобы исцелить Искажение Арды, сделать хроа частью
существования феа [а эльфы как же?], и так навеки освободить его от влияния
Мелькора и любого другого злого духа, который захочет исказить его. Но эта "Арда
Исцеленная" (или Восстановленная) не будет "Ардой Неискаженной" - она будет
выше. И, возможно, она существует в замыслах Эру и есть в Его ответной теме. Вы
говорили мне о Песни, Вы беседовали с валар, которые еще до начала мира слышали,
как создавалась она. Расслышали ли они конец Песни? А быть может, валар,
оглушенные последним аккордом Эру, упустили что-то, что прозвучало вслед за ним?
А быть может, раз Эру свободен - он не довел Песнь и Видение до конца? А что
потом - этого мы не увидим и не узнаем, пока не достигнем того мига (которого ни
валар, ни эльдар...) - В чем же проявилось коварство Мелькора? Это скрыто во тьме.
Саэлон (т.е. Андрет) почти ничего не знает об этом. "Некоторые говорят, что он
богохульствовал, и отрицал существование Эру или Его мощь, и что наши отцы
согласились с этим и назвали его своим Господом и Богом, и тогда наши феа
отреклись от своей истинной природы, и потому омрачились и ослабели почти до
смерти (если это возможно для феа). И из-за слабости феа наши хроа стали
подвержены болезням и беззащитны перед всяким злом и неустройством мира. А
другие говорят, что сам Эру заговорил во гневе и рек: "Если Тьма - ваш бог, мало
света обретете вы здесь, но скоро оставите его и придете ко Мне, дабы познать, кто
лжет: Мелькор, или Я, сотворивший его" (29). Второй отрывок находился после слов
Андрет (строка 533) " Во сне ли, наяву ли, ничего определенного они не говорят...": "-
Иные говорят, что... Эру найдет способ исцелить и наших отцов, и нас, и тех, кто
придет за нами. Но как это произойдет и какими станут те, кто исцелится,
догадываются лишь те, кого зовут людьми Надежды; а точно не знает никто. Но есть
среди нас такие (и я - одна из них), кто разделяет Великую Надежду, как мы ее
называем, и верит, что Его тайна передается из рук в руки с тех времен, когда мы еще
не пострадали. Вот наша Великая Надежда: что Эру сам вступит в Арду и исцелит
людей и все искажение. - Как странно! Так вы утверждаете, что знали об Эру еще до
встречи с нами? Как же его имя? - То же, что и у вас, только звучит по-другому:
Единый. - Все равно не понимаю, - сказал Финрод. - Как же может Эру войти в то,
что Он сам создал? Он же ведь неизмеримо больше? Как может поэт войти в историю
или художник в картину? - Он уже присутствует в ней и вне ее, - заметила Саэлон, -
хотя это разные вещи. - Да, вот именно, - сказал Финрод, - так, в этом смысле Эру уже
присутствует в Арде. Но Вы говорите, что Эру  в о й д е т  в Арду, а ведь это совсем
другое дело. Как это возможно, ведь он же бесконечно больше? И не разрушит ли это
Арду, да и всю Эа? - Он может сделать это, я не сомневаюсь, хотя и не знаю, как, -
ответила Саэлон. - Хотите верьтe, хотите нет, но это - Великая Надежда людей. И,
если без гордости - я не вижу, что еще можно сделать. Ведь не позволит же Эру
Мелькору восторжествовать, не оставит же Он свое создание. И невозможно
представить никого могущественней Мелькора, кроме самого Эру. А потому Эру,
если он не согласится оставить свое создание Мелькору, который..., Эру придется
самому прийти, чтобы повергнуть его".

Здесь набросок кончается. Как мы видели, в первом из этих отрывков видение "Арды Восстановленной", которое в окончательном варианте вызвали у Финрода слова
Андрет, первоначально было верованием, которого придерживались некоторые атани, и именно Андрет высказывает предположение, что этого не было в Песни айнур, или же они не заметили этого; во втором же отрывке Андрет причисляет себя к тем, кто разделяет "Великую Надежду", и когда Финрод выражает сомнение в том, что Эру может войти в Арду, она отвечает теми же словами, что Финрод в окончательном тексте. Очевидно, в процессе работы над "Атрабет" взгляды отца не только на композицию и общее содержание работы, но и на сами верования первых людей изменились коренным образом. На отдельной странице записан интересный отрывок, не использованный в окончательной версии.

" - Что же говорит мудрость людей о природе Мирруайнар? - спросил Финрод. - И как
считаете Вы сами, Андрет - Вам ведь ведомо также многое из учения эльдар? - Люди,
Мудрые и простые, говорят об этом разное, - ответила Андрет. - Многие считают, что
есть только одно: тело, и что мы - те же звери, только умнее прочих и появились
позже. Но другие думают, что тело - это не все, что в нем есть что-то другое. Ибо мы
часто называем тело "домом" или "одеждой" - а это значит, что внутри что-то есть,
но что именно - трудно сказать (30). Люди моего народа говорят обычно о "дыхании",
или "дыхании жизни", и говорят еще, что, когда оно оставляет дом, его можно
увидеть как п р и з - р а к, прозрачный силуэт умершего. - Это только догадки, -
заметил Финрод. - Давным-давно мы тоже так думали, но теперь мы знаем, что этот
жилец - не "дыхание"(31) (дыхание - это часть хроа), и бездомного жильца нельзя
увидеть глазами, но феа живущего может представить глазам образ, который
бездомный передает ей: память о самом себе. - Может быть, - ответила Андрет. - А
люди народа Мараха чаще говорят об "огне", "огне в очаге", который согревает дом и
распространяет жар сердца, или чад гнева. - Это тоже догадка, - сказал Финрод, - и,
по-моему, в ней тоже есть доля правды. - Несомненно, - подтвердила Андрет. - Но те,
кто говорит о "дыхании" или "огне", считают, что это - жизнь всего живого. У людей
есть дома, а у птиц и зверей - норы и гнезда, так же и с жизнью: и у тех, и у других
есть внутри жизнь, которая может уйти или угаснуть. - Чем же тогда, по-вашему,
люди отличаются от животных? - спросил Финрод. - И как же тогда они утверждают,
будто некогда обладали бесконечной жизнью? - Мудрые думали об этом, - ответила
Андрет. - Среди них есть такие, кто говорит почти то же, что эльдар. Но они говорят
о трех частях: з е м л е [очаге?], о г н е  и  Ж и л ь ц е. Они имеют в виду вещество, из
которого состоит тело (оно само по себе инертно, не растет и не движется), жизнь -
растущую и увеличивающуюся, и Жильца, что обитает внутри и владеет и домом, и
очагом - или, по крайней мере, владел некогда. - И не хочет расставаться с ними, - и
некогда не был обязан расставаться? - вставил Финрод. - Значит, это Жилец
пострадал? - Нет, - возразила Андрет. - Нет, это точно. Пострадал Человек, весь в
целом: и дом, и жизнь, и хозяин. - Но зло причинили именно Хозяину, как говорите
Вы, - хотя я подозреваю, что это сам Хозяин сотворил некое зло: ведь дом может
пострадать по вине Хозяина, но не Хозяин - за провинность дома! Ладно, оставим,
раз Вы не хотите говорить об этом. А Вы сами верите в это? - Это не вера, - сказала
Андрет. - Мы знаем слишком мало, чтобы быть уверенными в том, что такое "земля",
"рост" или "мысль" - а может, и никогда не узнаем; ибо, если их в самом деле создал
Единый, они всегда будут таить в себе некую неразрешимую загадку, сколько бы мы
их ни изучали. Но я считаю, что наша догадка близка к истине".

Здесь отрывок кончается. Наконец, есть еще один листок, на котором написано следующее:

"Вопрос: не лучше ли, если Андрет вообще откажется обсуждать любые предания и
легенды о "Падении"? Это уже и так слишком напоминает пародию на христианство
(впрочем, это неизбежно). Любая легенда о Падении сделает это законченной
пародией? Первоначально Андрет, вместо того, чтобы отказаться говорить об этом,
наконец (после долгих уговоров) сообщала приблизительно следующее: - Говорят,
Мелькор в древние времена казался хорошим, и завоевал любовь людей, и тогда начал
богохульствовать, говоря, что Эру не существует, и называл себя Господом, а люди
согласились и назвали его своим Господом и Богом. И тогда (говорят иные) наши
души отреклись от своей истинной природы, и тут же омрачились и ослабели; и из-за
этой слабости мы утратили власть над своим телом, и оно стало болезненным. Другие
говорят, что сам Эру заговорил во гневе и рек: "Если Тьма - ваш бог, мало Света
обретете вы здесь [позднее > мало Света вы обретете на земле], и скоро оставите его
и придете ко Мне, дабы познать, кто лжет: ваш бог, или Я, создавший его". И такие
больше всего боятся смерти". Это очень трудно расшифровать. Первый вопрос мог
означать (принимая во внимание следующие слова): "Конечно, лучше, если Андрет
вообще откажется...", т.е., "как и есть теперь, как в настоящем тексте". Но потом он
написал отрывок, в котором Андрет не отказывается говорить о подобных преданиях,
а напротив, "после долгих уговоров" соглашается (не знаю, как понять слово
"первоначально"), и ее слова, впервые появившиеся здесь, очевидно, были началом
того, что потом стало "Повестью Аданэли", легендой о Падении. Но этот набросок
рассказа Андрет о Падении людей очень близок к тому, что говорится в наброске А,
он практически дословно воспроизводит его, а сам этот набросок основан на еще
более раннем тексте, ныне утраченном. Похоже, что в этом утраченном тексте о
Падении ничего не говорилось, и, скорее всего, именно к этому относится вопрос
отца: "Не лучше ли, если Андрет вообще откажется обсуждать любые предания и
легенды о "Падении"?"

Замечания в начале текста С показывают, что такое развитие,
эти новые направления во внутренней "теологии" Арды или, по крайней мере6
настолько откровенное их выражение, несколько беспокоили отца. Разумеется,
заглянув в более ранние работы, нельзя не заметить значительного сдвига. В
изложении, написанном для Мильтона Вальдмана в 1951 г (Letters, N 131, cтр.147), он
говорит:

"Судьба (или Дар) людей есть смертность, свобода от кругов мира.
Поскольку весь цикл написан с точки зрения эльфов, в мифологии смертность не
объясняется: это тайна Бога, и о ней известно лишь, что "то, что Бог уготовал людям,
сокрыто", и бессмертные эльфы скорбят о них и завидуют им... В космогонии имеется
падение: падение ангелов, как сказали бы мы с вами. Хотя, конечно, не такое, как в
христианском мифе. Эти истории - новые, они не происходят напрямую от
каких-либо других мифов или легенд, но не могут не содержать в себе множества
древних распространенных мотивов и элементов. В конце концов, я полагаю, что в
легендах и мифах немало "истины", а некоторые аспекты истины могут быть
восприняты нами только в этой форме; некоторые истины были открыты
давным-давно именно в такой форме, и не могут не повторяться. Не может быть
"истории" без падения (все истории изначально - о падении), по крайней мере, для
человеческого разума, который нам известен, которым мы обладаем. Вот и эльфы
должны были пасть, прежде чем их история стала повестью. (О первом падении
людей, по причинам вышеуказанным, нигде не рассказывается - люди вступают на
сцену, когда все это уже далеко позади, и остались только слухи, что некогда они
покорились Врагу, но некоторые раскаялись)". "О первом падении людей, п о п р и ч
и н а м в ы ш е у к а з а н н ы м, нигде не рассказывается". Что же это за причины? [Да
просто эльфов поблизости не было, когда все это случилось, а сами люди все забыли.
- А.Х.] Отец, видимо, имеет в виду начало письма, где он говорит об артуровской
легенде, что "она переплетена с христианской религией и открыто говорит о ней", и
продолжает: "По причинам, которые я не стану излагать, мне это представляется
гибельным. Миф и волшебная сказка, как и всякое искусство, не могут не отражать и
не содержать в себе элементов нравственных и религиозных истин (или
заблуждений), но только не открыто, не в известных формах первичного, "реального"
мира".

Однако за несколько лет до этого письма, в одном из любопытных "Очерков",
связанных с "Падением Анадунэ", он кратко упоминает о первом Падении людей и
сопровождает это упоминание очень странным рассуждением о первоначальном
замысле Бога относительно рода человеческого (IХ, 401): "Люди (Пришедшие
Следом, или Вторая раса) пришли вторыми, но предполагалось, что в изначальном
замысле Бога им было предназначено, пройдя обучение, принять на себя власть над
всей Землей и, в конце концов, стать валар, дабы "обогатить Небеса", Iluve
[Вселенную - А.Х.]. Но Зло (воплощенное в Мелеко) соблазнило их, и они пали".
Немного дальше, в том же тексте, он пишет: "Хотя пали все люди, не все остались в
рабстве. Некоторые раскаялись, восстали против Мелеко, стали друзьями эльдар и
старалиcь хранить верность Богу". Здесь, очевидно, высказано мнение (хотя и
неизвестно, насколько весомое: кем это "предполагалось"?), что Падение коренным
образом изменило природу и судьбу людей, и это произошло по вине "Духа Зла",
Мелькора. Но в 1954 г., в черновом варианте длинного неотправленного письма к
Питеру Гастингсу (Letters, N 153), он писал: "Мой "легендарий", особенно "Падение
Нуменора", которое стоит за "ВК", основан на _моем_ мнении, что люди по природе
своей смертны, и не должны стремиться к "бессмертию" во плоти". К этому он
добавил сноску: "Можете сказать, что это "плохая теология", раз "смертность"
считается особым даром Бога Второму Роду Детей (Эрухини, Детей Единого Бога), а
не карой за Падение. Может, в первичном мире это и так, _но и воображение
способно открывать истину и имеет право создавать легенды_". И в другом письме от
1954 г., к отцу Роберту Мюррею (Letters, N 156), он пишет: "Но точка зрения мифа [о
Падении Нуменора] состоит в том, что Смерть - т.е., краткость жизни, отпущенной
человеку, - не кара за Падение, а биологическая (а стало быть, и духовная, ибо тело и
дух взаимосвязаны) часть внутренней природы Человека". Поэтому мне
представляется, что есть сложности с истолкованием изложенных в "Атрабет Финрод
ах Андрет" взглядов отца на эту проблему; но я не в состоянии разрешить их. К
сожалению, вопросы, с которых начинается отрывок С, выражены очень невнятно и
бегло, особенно слова "Это уже и так слишком напоминает пародию на
христианство". Он явно имеет в виду не легенду о Падении - ведь он сам говорил, что
такая легенда сделает "это" - очевидно, "Атрабет" - законченной "пародией на
христианство". Быть может, он имел в виду потрясающую идею "Великой Надежды
людей", как она называется в наброске А, - "Древней Надежды", как назвал он ее в
окончательном варианте, - что сам Эру вступит в Арду, чтобы противостоять злу
Мелькора? В Комментарии (строка 1031) эта мысль развернута дальше: "Финрод...
мог прийти к выводу, что и "приход Эру", если таковой будет иметь место, будет
связан в первую очередь с людьми - то есть к домыслу или прозрению, что Эру,
придя, воплотится в образе человека", хотя отец заметил, что "в "Атрабет" этого нет".
Но ведь это не пародия, даже не параллель - это всего лишь сдвиг "теологии" Арды -
пусть даже он представлен в качестве видения, надежды или пророчества, - к _чисто
христианской_, ....... вере, и открытый вызов точке зрения, выраженной в письме отца
от 1951 г., что необходимо ограничивать выражение "нравственных и религиозных
истин (или заблуждений) во Вторичном мире".
 
 

    ПРИМЕЧАНИЯ

1) Ср. черновик письма отца от сент. 1954 (Let. N 153, стр. 189): "С точки зрения
биологии, эльфы и люди, очевидно, представляют собой единый вид, иначе они даже
в единичных случаях не могли бы порождать потомство, способное к размножению",
и далее.

2) Согласно хронологии "Анналов Амана", эльфы пробудились в 1050 году
Деревьев, за 450 таких лет до восхода Солнца, т.е., немногим более чем за 4300 лет по
нашему счету (о летосчислении см...); см. прим. 16.

3) "Труды демиургов"[переделать в тексте] - творческий труд "демиургов", т.е. могущественных, но не бесконечных существ, подчиненных Богу.

4) О Мелькоре как первоначально "самом могущественном из валар" см... В поздних работах часто встречаются упоминания о том, что вначале Мелькор превосходил всех своей мощью. См. особенно эссе "Мелькор-Моргот". Любопытно, что в письме к Роне
Бир от окт. 1958 (Let. N 211) отец пишет: "В космогоническом мифе сказано, что
Манвэ был "братом" Мелькора - это значит, что в замыслах Создателя они были
равны и одинаково могущественны".

5) Ср. слова Финрода в "Атрабет", строка 496: "После Конца Мира мы больше не
изменимся - ибо мы ничего не забываем: с каждым веком это все заметнее. Боюсь,
тяжелая это будет ноша; но во Дни, о которых мы говорим, она станет великим
богатством..."

6) Имеется в виду Дева Мария. См. сноску в продолжении черновика,
упомянутого в прим. 4.

7) Этот анализ отклоняется от "Атрабет", и, как напрямую
сказано в ..., отец и не собирался строго придерживаться развития диалога. На самом
деле, это Финрод сказал, что "тем сокрушительней несчастье, постигшее людей"
("Падение их - ужаснейшее из всех преступлений". (стр.438)), и его признание, что
"Мелькор куда могущественнее, чем казалось", встречается гораздо раньше ("...Но
переменить судьбу целого рода Детей, лишить их наследия, дарованного Эру, вопреки
Его воле... - если он способен на такое, он куда больше и ужаснее, чем казалось нам".
стр. 254)

8) "Аэгнор погиб вскоре после этого разговора" - на самом деле, 46 лет
спустя (см. прим 9).

9) В "Серых Анналах" (и в опубликованном "С") Финрод во
время осады Ангбанда, очевидно, правит своим обширным королевством из из
крепости Нарготронд (основанной за несколько столетий до того), и сказано, что на
Битву Внезапного Пламени он "спешил с юга". Но, с другой стороны, в конце
"Атрабет" он говорит Андрет, что уходит на север, "к мечам, на стены - на осаду"
(стр. 705), и в этом отрывке сказано, что он со своими братьями и с народом Беора
жил в "северном королевстве", и, когда Осада пала, он укрылся в Нарготронде.
Последнее предложение абзаца "Но она к тому времени была уже глубокой старухой"
добавлено позднее. Рядом отец вписал карандашом "около 94"; ср. прим. к первой
фразе "Атрабет", стр. 54: во время разговора с Финродом, т.е. в 409 г., Андрет было 48
лет, и, значит, в 455, в год Битвы Внезапного Пламени, "около 94".

10) В "Айнулиндалэ" прямо сказано, что Дети Илуватара "п о я в и л и с ь  в 
Т р е т ь е й  Т е м е, и их не было в той теме, которую Илуватар задал сначала". О "Второй Теме" в  "Айнулиндалэ" сказано, что "Манвэ... был главным инструментом Второй Темы, которую Илуватар противопоставил разладу Мелькора". Возможно, не исключено, что слова "две новых темы" в данном отрывке указывают на замысел отца ввести в Песнь эльфов и людей как две связанных между собой темы, которые в
"Айнулиндалэ" названы "Третьей Темой", но мне кажется более вероятным, что
появилась новая концепция Песни. В связи с этим, в отрывке из последнего варианта
6 главы "Квэнта Сильмариллион" сказано, что Мелькор втайне рассказывал эльдар
Амана о людях, хотя знал о них мало, "ибо был слишком занят своими собственными
замыслами в Песни, чтобы обратить достаточно внимания на Вторую тему
Илуватара". Эта фраза, если это не просто описка, может служить доказательством
того, что эльфы и люди появились во Второй и Третьей Теме, хотя, несомненно,
эльфы появились во Второй Теме, а люди в Третьей. Можно заметить также, что в
черновом продолжении письма к Роне Бир от окт. 1958 (Let. N 212), на которое я уже
несколько раз ссылался, отец писал: "Их "темы" Единый ввел в Песнь, когда возник
разлад Мелькора"; еще одно упоминание о "Темах Детей" есть в VIII Примечании
автора.

11) На полях рядом с первыми фразами Примечания П написано: "Арда"
значит "Королевство". Ср. утверждение, что "на самом деле, "Арда" - это то, что мы
назвали бы "Солнечной системой", и, в третьем абзаце, что главной частью Арды был
Имбар, Земля ("Имбар" - "жилище"), хотя "в повседневном употреблении "Арда"
означало "Земля", со списком названий, относящимся к пересмотру "КвС" в 1951 г.:
"Арда" - эльфийское название Земли = наш мир. Также "Королевство Арда" =
огражденное пространство". То, что говорится в данном примечании, конечно,
предполагает коренное изменение космологического мифа, возвращение к
отвергнутым идеям, появившимся в тексте С "Айнулиндалэ", относящемся к концу
40-х гг. Многое на эту тему приводится также в V части (см. в первую очередь тексты
I и П).

12) Термин "Имбар" нигде раньше не встречался, но ср. "Амбар" - "Земля"
(т.IV, стр.235), и "Этимологии": "кв. "а-mbar" - "ойкумена", "Земля", а также
"Амбар-мэтта" - "конец мира" - в словах Арагорна на коронации ("Возвращение
короля").

13) "Главные из айнур-творцов... поселились в Арде" - ср. "Айнулиндалэ":
"Так и вышло, что некоторые из Священных и сейчас обитают за пределами мира
вместе с Илуватаром, а другие - и среди них многие из величайших и прекраснейших -
воспользовались дозволением Илуватара и вошли в мир".

14) "erma" - в машинописном тексте В "Законов и обычаев" встречается слово "orma", вписанное позднее карандашом вместо слова hron ("общий хрон [> orma] Арды").

15) Это упоминание о концепции, которая нигде ранее не встречалась; см. "Приложение".

16) Возможность возвращения к жизни во плоти путем нового рождения более не
упоминается - см. прим. 15.

17) "Тем не менее перевоплотившиеся, как правило, должны были оставаться в Амане" - причины объясняются в этом же Примечании, чуть ниже.

18) Эарендиль не был потомком Лютиэн - он был сыном Туора и Идриль
Келебриндал из Гондолина; внучкой Лютиэн была Эльвинг, жена Эарендиля.

19) "Миф в конце "С" - если брать в расчет все существующие тексты, то речь идет о
заключении "КвС" (V том), "Пророчество Мандоса".

20) Ср. "Законы и обычаи":

21) "Прежде и превыше всех Его созданий" - т.е. "прежде и превыше всех т в о р е н и й
Эру, любого рода".
22) Предыдущие упоминания народа Мараха см.
23) Cуществует другой вариант Примечания IX, начало которого звучит так:

Пр. "Вероятно, Андрет действительно предпочла умолчать. А может быть, она,
к тому же, не могла прийти к окончательному решению относительно разных
преданий по этому поводу. В расширенных вариантах "Атрабет", которые,
по-видимому, были "отредактированы" нуменорцами (нуменорцы в большинстве
своем вели род от народа Мараха, у которого были свои, особые предания о том, что мы называем Падением) она, после долгих уговоров, наконец дает более точный ответ.
Примерно такой: "Говорят, что это несчастье случилось на заре истории нашего
народа; иные говорят, даже в первом поколении. Голос Единого говорил с нами;
одни говорят, что это был Вестник, другие - просто Голос, А иные утверждают, что
мы с самого начала знали это в сердце своем. Но нас было мало, а мир казался
огромным; и мы дивились всему, что видели, но были несведущи, и страстно желали
знаний, и торопились сделать разные вещи, образы которых возникали у нас в голове.
Тогда явился меж нами некто, подобный нам обличием, но выше и прекраснее..."

Отсюда и далее этот текст отличается от "Повести Аданэли" лишь отдельными словами; но он обрывается (и не в конце листа) на словах "И мы внимали ему и повиновались его велениям..." Отец отказался от этого изначального варианта и отложил его в сторону; позднее он написал на машинописном тексте: "Остальные примечания и конец легенды о Мелькоровом Обмане, похоже, потеряны. Я отослал полную копию в Уэльс, миссис Э.Дж. Нив (моей тетушке) незадолго до ее кончины. Обратно она, кажется, не вернулась. То ли потерялась, то ли уничтожена торопливыми наследниками". Позднее он приписал, что полный текст примечаний и легенды ("Повести Аданэли") нашелся. Он хранил свои бумаги в разных местах, чтобы с ними чего-нибудь не случилось, и оттого в последние годы с ним часто случались подобные неприятности. Джейн Нив умерла в 1963 г.; см. "О датировании", стр.

24) Примечательно, что старая форма "Мелько" дана здесь как вариант.

25) Ср. с именами тэлери "Линдар" и "Высших эльфов" - "Тар-эльдар" статьи
"тэлери" и "эльдар" в Указателе к "С".

27) "melk-" - первоначально эта основа написана с двумя гласными, возможно, "melek-",
но вторая гласная, видимо, зачеркнута.

28) "Саэлон" - заменено на "Саэлинд", "Мудрое сердце".

29) Ср. слова Голоса Эру в "Повести Аданэли", стр. 1537 ff.

30) Это значит: "хотя мы не знаем точно, что именно "живет внутри".

    Приложение.

"Беседа Манвэ с Эру" и поздние концепции перевоплощения эльфов. В начале
Примечания III (стр. 1188) сказано, что, "согласно преданиям эльфов, их
перевоплощение Эру доверил Манвэ, дав ему на то особое дозволение, когда Манвэ во
время споров о судьбе Финвэ и Мириэли напрямую обратился к Эру, прося совета".
Это кажется очень странным в свете "Законов и обычаев эльдар", где вполне
определенно сказано: "Бездомная феа, которая решила вернуться к жизни и получила
на то разрешение,  в х о д и л а  в  н о в о е  т е л о  ч е р е з  в т о р о е  р о ж д е н и е.
Т о л ь к о  т а к  о н а  и  м о г л а  в е р н у т ь с я". (Такой "редкий и странный случай", как возвращение Мириэли, которую "вселили в ее собственное тело", упоминается как
единственное исключение из правила). В "Законах и обычаях" все основано на том,
что Мириэль могла бы вернуться обычным путем, если бы захотела; так, Ульмо во
время Спора Валар сказал, что, "возможно, феа Мириэли ушла по необходимости, но
она ушла, н е  ж е л а я  в о з в р а щ а т ь с я", и "в  э т о м  е е  в и н а". Нельзя думать, что "Законы и обычаи" основаны на том, что возрождение совершается "по особому
дозволению", которое Эру дал Манвэ "во время споров о судьбе Финвэ и Мириэли" - в
этой работе нет ни малейшего намека на подобную идею. Это объясняется тем, что
после создания "Законов и обычаев" взгляды отца на судьбу умерших эльфов
подверглись коренным переменам; в процитированном отрывке из Примечания III к
"Комментарию к "Атрабет" о "возрождении" вообще не упоминается. Существует
текст, озаглавленный "Беседа Манвэ с Эру", более поздний, чем "Законы и обычаи, но
предшествующий "Комментарию к "Атрабет". Эта работа (напечатанная на машинке)
была задумана как двухчастная: сперва шли вопросы Манвэ и ответы Эру, а за ними
следовало длинное философское рассуждение о значении и следствиях того, о чем
говорилось в первой части; но работа осталась незаконченной, а вторая, более
подробная версия "Беседы" была оставлена где-то на третьей странице. Я публикую
только первую часть, "Беседу", в первоначальной, краткой версии.

Манвэ заговорил с Эру и сказал: - Се! Явилось в Арде зло непредвиденное:
Перворожденные Дети, кого бессмертными сотворил Ты, претерпевают ныне
разделение души и тела. Ныне в Средиземье много бездомных феа эльфов; и даже в
Амане есть одна. Бездомных мы призываем в Аман, дабы уберечь от Тьмы, и все, кто
внял нашему голосу, пребывают здесь в ожидании. Но что делать дальше? Есть ли
средство, чтобы возвратить им жизнь, дабы следовали они путем, предначертанным Тобою?
И как быть тем обездоленным, что оплакивают ушедших? И ответил Эру: - Да возвратятся бездомные в дом свой! И спросил Манвэ: - Как же это сделать? И ответил Эру: - До будет
разрушенное тело восстановлено. Или же пусть обнаженная феа снова родится как
дитя. И сказал Манвэ: - Есть ли Твоя воля на то, чтобы мы совершили это? Ибо мы
страшимся вмешиваться в дела Твоих Детей. И ответил Эру: - Разве не вручил Я валар
правление Ардой и власть над всем веществом ее, чтобы творить из нее, что они
хотят, по Моей воле? И вы не пренебрегали этим. Что же до Моих Перворожденных -
разве не привели вы многих из них в Аман из Средиземья, где Я поселил их? И
ответил Манвэ: - Мы сделали это, боясь Мелькора, и с благими намерениями, хотя и
не без опасений. Но воздействовать нашей властью на плоть, сотворенную Тобой, дом
духа Детей Твоих, кажется нам чем-то превосходящим наши права, даже не будь это
превыше нашего искусства. И сказал Эру: - Я даю вам право на это. Искусством же вы
обладаете, не ведая того. Взгляните - и увидите, что любая из душ Моих Детей хранит
в себе полный отпечаток своего былого дома и память о нем; и душа в наготе своей
открыта вам, так что вы можете ясно видеть все, что есть в ней. И по этому отпечатку можете вы восстановить дом до последней мелочи, таким, каков он был до того, как с
ним случилась беда. И тогда вы можете вернуть его в земли Живых. И спросил Манвэ
снова: - О Илуватар, не говорил ли Ты также и о новом рождении? И это тоже в
нашей власти и в нашем праве? И ответил Эру: - Это в вашем праве, но не вашей
властью совершается это. Тех, кого вы сочтете достойными возрождения, если они
пожелают того, твердо зная, на что идут, вы предадите Мне, и Я буду решать их
судьбу.

Как видно, возникают совершенно новые стороны вопроса о возвращения
Умерших к Живым. Отец пришел к мысли, что до смерти Мириэли ни одна феа
Умерших не была "возвращена в дом свой", и лишь в ответ на просьбу Манвэ Эру
объявил, что феа может вернуться, и объяснил, как это сделать. Один из способов -
новое рождение, но Умершие, пожелавшие вернуться таким образом, должны быть
преданы Эру и ожидать Его решения. Другой способ - когда валар восстанавливают
"дом до последней мелочи, таким, каков он был до того, как с ним случилась беда";
это перевоплощение Умерших в хроа, совершенно идентичное тому, которое погибло.
Длинное рассуждение, которое следует за "Беседой", посвящено в основном
"идентичности" и "эквивалентности" в отношении к этой форме перевоплощения, и
представлено в форме комментария мудрецов эльдар. Рукопись, наскоро написанная
на клочках бумаги и озаглавленная "Перевоплощение эльфов", похоже, представляет
собой размышления отца на эту тему в период между написанием "Беседы Манвэ с
Эру" и "Комментария к "Атрабет". В этом эссе он бегло и вскользь обсуждает
различные трудности, возникающие на всех уровнях (от практического до
психологического) в связи с перевоплощением феа в новорожденное дитя других
родителей, при том, что ребенок, вырастая, постепенно вспоминает всю свою
прошлую жизнь: "самое убедительное возражение состоит в том, что эта идея
противоречит фундаментальному представлению, что феа и хроа н е р а з р ы в н о
связаны друг с другом: поскольку хроа имеют физическую природу, новое тело,
происходящее от других родителей, должно быть другим", и это должно причинять
боль возрожденной феа. Итак, он оставляет, причем навсегда, давнишнюю
концепцию возвращения эльфов к жизни во плоти путем нового рождения: в
результате тщательной проверки этой мифологической идеи на прочность в тех
границах, которые он себе поставил, она начала представляться серьезной ошибкой в
метафизике бытия эльфов. Но, как он говорил, "это трудное положение", ибо
перевоплощение эльфов "представляется одной из основ этих легенд".
"Единственный выход, - решил он, - это восстановление совершенно идентичного
хроа умершего тем способом, о котором говорит Эру в "Беседе Манвэ с Эру": феа
сохраняет память, отпечаток своего хроа, "своего былого дома", такой точный и
глубокий, что по нему можно создать идентичное тело. Эта мысль из "Беседы Манвэ
с Эру" не была оставлена - ссылка на нее имеется в "Перевоплощении эльфов" (но,
видимо, приведенная выше "Беседа" существовала до того, ибо в ней Эру говорит о
возрождении как о возможном пути нового воплощения бездомной души, тогда как в
настоящем эссе такая идея полностью отвергается и ей нет места в "единственном
выходе" из "трудного положения"). Новая концепция примерно такова. В Песни
Айнур не было смерти эльфов и существования их "бездомных" феа, ибо по природе
своей они были бессмертны в пределах жизни Арды. В Чертогах Мандоса собралось
много таких феа эльфов, умерших в Средиземье, но только после того, как в Амане
умерла Мириэль, Манвэ напрямую воззвал к Эру, прося совета. Эру "принял и
узаконил это положение", хотя и дал Манвэ понять, что валар следовало раньше
воспротивиться Мелькору, захватившему власть над Средиземьем, и что им недостало
"эстэль": они не решились положиться на то, что в случае законной войны против
Мелькора Эру не дал бы Мелькору разорить Арду настолько, что это помешало бы
приходу Детей, или она стала бы непригодной для них. (Ср. "Поздн.Кв": "И сказал
Манвэ валар: "Вот совет Илуватара в сердце моем: должно нам снова овладеть Ардой,
любой ценой, и освободить квэнди от теней Мелькора". Тогда возрадовался Тулкас,
но Ауле был опечален, и говорят, что он (как и некоторые другие валар) прежде не
желал бороться с Мелькором, предвидя, какие раны нанесет миру эта борьба"). Далее
сказано, что "все феа Умерших приходят в Аман к Мандосу; или, точнее, их
призывают туда по праву, дарованному Эру. И место приготовлено им". Похоже, это
означает, что лишь теперь Мандос получил власть призывать в Аман души Умерших;
но слова "и место приготовлено им" понять трудно - неужели имеется в виду, что
даже Чертогов Ожидания не существовало до разговора Манвэ с Эру? (Это
противоречит утверждению, которое встречается раньше в "Перевоплощении
эльфов", что ко времени "Беседы" в Мандосе собралось уже немало бездомных душ).
Теперь валар дано право вселять феа умерших эльфов в хроа, идентичные тем,
которые они утратили; текст продолжает: "Как правило, феа, получившая новый дом,
оставалась в Амане. В Средиземье их отправляли только в совершенно
исключительных случаях, как Берена и Лютиэн... Поэтому смерть для эльфов
Средиземья была почти такой же потерей, как для людей. Но, как заметила Андрет,
благодаря уверенности в возвращении к новой жизни во плоти и возможности д е л а
т ь что-то смерть была все же гораздо менее страшна с точки зрения отдельной
личности" (ср. "Атрабет", стр. 200). Похоже, здесь отцу пришла новая мысль: он
спрашивает, не может ли "бездомная" феа самостоятельно (после необходимых
наставлений) воссоздать свое хроа по воспоминаниям (позднее это стало его
неизменной точкой зрения, как видно из очень поздней работы о перевоплощении
Глорфиндэля Гондолинского). Он пишет: "Очевидно, феа сохраняет очень яркие,
живые и полные воспоминания о своем опыте. Смысл концепции в том, что
"материя" становится частью "духа", становясь частью его з н а н и я, и благодаря
этому уходит из времени и подчиняется духу. Так же, как эльфы, оставшиеся в
Средиземье, постепенно "сжигали" свои тела - или тела становились одеянием
памяти? Воскресшее тело (по крайней мере, у эльфов) было в определенном смысле
бестелесным. Но если оно могло при желании преодолевать материальные преграды,
оно могло также и создавать их. Воскресшее тело можно потрогать. А если оно хочет,
оно может просто ускользнуть - исчезнуть. Его положение в пространстве зависит от
желания хозяина". Ни в "Комментарии к "Атрабет", в том месте, где идет речь о
реинкарнации (стр. 880), ни в Примечании III, относящемся к этому месту, о
возрождении даже не упоминается, хотя последнее совершенно явно основано на
"Воскрешении эльфов" ["Перевоплощении"?]. Так, Прим. III подразумевает (хотя об
этом нигде не говорится прямо), что только после разговора Манвэ с Эру Мандосу
была дана власть призывать к себе феа Умерших, а следующие за этим слова
Примечания очень близки к тому, что сказано в "Воскрешении эльфов": cравнить
"Там им предоставляли выбор: остаться бездомными, либо (при желании) обрести
новый дом, во всем подобный прежнему. Тем не менее перевоплотившиеся, как
правило, должны были оставаться в Амане. Так что те, кто жил в Средиземье, теряли
друзей и родичей, а те теряли их, и этого нельзя было исправить. Смерть все же
оставляла шрамы. Но благодаря тому, что эльфы были уверены в том, что с ними
будет после смерти, и знали, что при желании смогут хотя бы снова обрести плоть, и
творить, и создавать, и постигать Арду, смерть для них (как заметила Андрет) была
совсем не тем, чем представлялась она людям". Интересное указание на хронологию
дает замечание, которое встречается как в "Перевоплощении эльфов", так и в Прим.
III к "Комментарию", о том, что смерть для эльфов совсем не то, что для людей, "как
заметила Андрет". Итак, ко времени написания "Перевоплощения эльфов" "Атрабет"
уже существовал, а "Комментарий" был написан позднее "Перевоплощения".
Представляется очевидным, что прошло некоторое время между созданием
существующих "Речей Финрода и Андрет" и "Комментария" к ним. Следует
упомянуть еще одно место из "Перевоплощения эльфов". Отец, уклонившись немного
в сторону от основного хода мыслей, которые развивались так быстро, что даже его
перо за ними не поспевало, заметил, что "вопрос о том, в каком виде существуют
Аман и Эрессэа с тех пор, как их вынесли за пределы Арды, должен остаться без
ответа", так же как и вопрос о том, "как "смертные" вообще могут попасть туда". На
это он возражает, что души умерших смертных Эру также "давным-давно" поручил
Мандосу; cр. "КвС": "Что происходит с их душами после смерти, эльфы не знают.
Иные говорят, что они тоже уходят в чертоги Мандоса; но у них свой чертог,
отдельный от чертогов эльфов, и, кроме Манвэ и Илуватара, один лишь Мандос знает,
куда они уходят после того, как их призовут в безмолвные чертоги за Западным
морем". "Пребывание Фродо на Эрессэа, - продолжает он, - а потом в Мандосе - было
лишь отсрочкой. Фродо в конце концов оставил бы мир (по собственному желанию).
Так что отплытие на корабле было равносильно смерти". Можно сравнить с этим то,
что он писал в конце пересказа "ВК" в письме к Мильтону Вальдману от 1951 г. (этот
отрывок опущен в "Письмах", но опубликован в IX томе): "Бильбо и Фродо дарована
особая милость: разрешение отплыть с эльфами, которых они так любили -
артуровская концовка, хотя, конечно, не объясняется, что это: "аллегория" смерти,
или некое исцеление и восстановление, которое позволит вернуться". Однако в
письме к Наоми Митчисон от сент. 1954 (Let. N 154) он говорит: "Мифологическая
идея состоит в том, что, поскольку "природу" смертных нельзя изменить навсегда,
для них это лишь временное вознаграждение: исцеление и возмещение страданий.
Они не могут остаться навсегда, и, хотя они не могут вернуться в смертные земли,
они смогут и захотят "умереть" - "умереть" по доброй воле, оставить этот мир. (С
такой точки зрения возвращение Артура невозможно, это пустая фантазия)". И
гораздо позднее, в черновике письма от 1963 г. (Let. N 246), он писал: "Фродо
послали - или дозволили приплыть - за море, чтобы исцелить его (если возможно)
п р е ж д е,  ч е м  о н  у м р е т. В конце концов он "ушел" бы: ни один смертный не
мог и не сможет вечно жить на земле, во Времени. Поэтому он отправился лишь на
время, для очищения и в награду: ему дали время поразмыслить, обрести покой и
понимание своего истинного положения, своего ничтожества и величия, и пожить
во Времени, среди естественной красоты "Арды Неискаженной", Земли, не
отравленной злом".