EastWest Institute
Russian Regional Report
Vol. 4, No. 37, 7 October 1999
*****
For a graphic display of the Russian Cohesion
Index since 17 March, see:
http://www.iews.org/RRRabout.nsf/pages/Russian+Cohesion+Index
*****
-----Russia's approach to the current Chechen
crisis only further demonstrates the federal center's
shortsightedness in solving its longstanding conflict with the
separatist republic. By adopting a strategy that alienates the
peaceful Chechen population, who are fed up with the terrorist
bands and their own
ineffective leaders, as well as failing to adequately provide for
the refugees fleeing from the republic, Russia is essentially
turning the rebel leaders into national heroes. Russia will
likely be bogged down in the republic for a long time to come.
(-2).
BREAKING NEWS
ETHNIC CONFLICT AND REGIONAL SEPARATISM
ANALYSIS: RUSSIA LIKELY TO ACHIEVE WORST POSSIBLE OUTCOME IN CHECHNYA
by Kharon Deniev
STAVROPOL - The current fighting between Russia and Chechnya was easily predictable at the end of 1996 when Russia was forced to sign the humiliating Khasavyurt accord. Russia only needed time to regroup its forces in order to seek a decisive resolution of the Chechen problem. It had to do so by 2001, since the accord postponed any decision on whether Chechnya would remain in the Russian Federation until then.
Moscow's actions toward Chechnya fully confirm this analysis: the Moscow authorities have not carried out one of the more than 50 agreements signed during the negotiating process. Moscow explained its failure to carry out these agreements by citing the lack of funds, Grozny's "unconstructive position," arguments that Chechen President Aslan Maskhadov does not control the situation in the republic, and reports that money from Russia intended to rebuild Chechnya was instead falling into the hands of criminal groups.
As a result, Moscow ended up with a weak official government in Chechnya that could not contain the illegal activities of the numerous criminal groups in the region. Thus, by the time these groups invaded Dagestan, they were significantly better armed than Grozny's official troops. The situation in Chechnya was so bad that Maskhadov had effectively lost control of the public square 300 meters from his palace since well known criminal groups often gathered there to settle scores, often ending in shoot outs. I witnessed such events at the end of June and early July this year, as armed fighters shot at each other right in front of the presidential palace or in full view of the students at Grozny university. No one seem concerned about hitting innocent bystanders and several people walking by were wounded. Witnesses reported that in one case, the gunmen grabbed a student and used him as a shield to protect themselves. What offended people most of all was that Maskhadov's government did nothing to punish these people and simply ignored them.
The extreme political, social, and criminal situation in the republic makes life extraordinarily difficult for residents. The vast majority of people have lost confidence in Maskhadov's government and many believe that the only solution is a return to the previous period when the leadership of the republic was largely ethnic Russian. Since the criminals were largely afraid of the Russians, the latter were able to impose a relative sense of order and harmony. Many residents of Chechnya point out that under the Russians, the population had secured at least a minimal standard of living and no Chechen had to go begging, a stark contrast to the situation under the rule of former Chechen leader Dzhokhar Dudaev and Maskhadov. Residents of Chechnya have come to view the current Chechen authorities as poorly educated, uncultured place holders, who would be replaced when the Russian authorities returned to impose order. The population saw this outcome as the most plausible solution to the region's problems.
Against this background, some of the Chechen warlords launched their invasion into Dagestan, a move that met with disapproval throughout the region in general and by the majority of the Chechen people. The Russian invasion into Chechnya followed. Before this, bombs went off in several Russian apartment houses causing hundreds of deaths and driving Russian public opinion to support the bombing of Chechnya until the death of the last Wahhabi. In this frenzy, however, the Russians forgot that there are no more Wahhabis in Chechnya than in the rest of the country.
But Russia went ahead with the military campaign because it is unlikely to have another convenient opportunity to resolve several political problems. Thus, by seeking to resolve the Chechen crisis, Russia hopes to put an end to armed separatism which will undoubtedly help strengthen Russia's position as a great power on the world stage. Secondly, resolving the Chechen problem would effectively reduce any chance that the Communists would return to power. Third, imposing order on Chechnya would reshape the Russian political landscape, clearing the way for Prime Minister Vladimir Putin to claim the presidency. For the Russian elite, such an outcome would be the best of the available alternatives because a Putin presidency would lead to only a minimal redistribution of property and therefore minimal political and social upheaval. However, resolving the Chechen crisis depends on the actions of the federal forces during the first days after their intervention into Chechnya. If the federal forces succeed in finding a common language with the pro-Russian majority of the Chechen population, then the chances for success are significantly greater. On the other hand, if the Russian forces bomb villages or shell them with artillery because they suspect the presence of a few dozens rebels, they could cause numerous casualties among the peaceful population, and find themselves trapped in a Chechen quagmire that could stretch for years. If Russia again is bogged down in Chechnya, Putin would lose all hope of winning the presidency and would probably even be dismissed as prime minister. Equally untenable for Russia would be allowing a humanitarian catastrophe to occur in the region. If Russia could admit and resettle all refugees fleeing the conflict, it would go halfway to guaranteeing its success in Chechnya. Given the current situation, it is possible to define three potential outcomes:
1. The most moderate outcome. With a minimum of destruction and only a small number of casualties among the soldiers and peaceful population, Russia restores its power in several of the raions within Chechnya. It would then establish order in the regions, giving people the opportunity to live and work in relative security, while sending their children to school and having access to adequate health care. Over time, Russia would gradually restore order over the rest of the republic.
2. The most likely outcome. Despite widespread losses among the population and the military, the federal authorities force the Chechen population to capitulate to Moscow and accept Russian rule. In this scenario, the majority of villages are destroyed, and the local population flees its current residences in panic. This outcome is convenient for those in Moscow who want to report a quick victory. However, the long-term consequences are bleak. Fighters who recently made their living kidnapping people but then stood against the Russian invaders would become national heroes for the Chechen population and Russia could do little to change this perception. For the Russian military leadership seeking a quick victory, this scenario is the most alluring, but for Russia as a whole it is the least desirable.
3. A third possibility. During the heat of the battle, the Russians decide that they need a quick victory and therefore declare once again that Maskhadov is the legitimate leader of Chechnya. Russia then concludes a compromise agreement with him. This outcome is the most desirable for the political elite in Grozny and for some circles in Russia. However, it depends on the further evolution of events.
НОВЫЙ ВИТОК РОССИЙСКО-ЧЕЧЕНСКОГО КРИЗИСА
Нынешняя ситуация в российско-чеченских отношениях легко прогнозировалась еще в конце 1996 г., когда Россия была вынуждена подписать унизительный для нее хасавюртовские соглашения. России в то время нужно было лишь время для восстановления сил, с тем чтобы в последующем ( в любом случае до 2001 года) решить окончательно чеченскую проблему.
Последующие действия Москвы по отношению Чечни полностью подтверждает вышесказанное - практически ни одно соглашение из более чем 50 подписанных в ходе переговорного процесса, так и не было выполнено московскими властями. Нежелание Москвы выполнить свои обязательства по отношению к Чечне объяснялись то отсутствием денег, то "неконструктивной позицией" Грозного, то тем, что Масхадов не контролирует ситуацию в республике или деньги из России попадают криминальным группировкам.
В итоге Москва получила слабую власть в Грозном в лице Масхадова, власть на деле неспособная справиться с незаконной или преступной деятельностью многочисленных криминальных группировок в Чечне. Так, к началу дагестанских событий, криминальная оппозиция Масхадову в Грозном значительно превышала по своей огневой мощи вооруженные силы официального Грозного. Масхадов практически не контролировал даже площадку около своего дворца на расстояние 300 м, т.к. именно здесь почти каждый вечер собирались известные в республике криминальные элементы для очередных разборок, нередко заканчивавшихся вооруженными перестрелками. Автору данных строк пришлось наблюдать подобное в конце июня - начале июля с.г., когда вооруженные люди прямо у президентского дворца или на виду у всех студентов университета Грозного поливали друг друга из автоматического оружия. При этом никто не беспокоился о том, что могут быть ранены прохожие (было ранено несколько человек, случайно оказавшихся на месте перестрелки). По словам очевидцев один из стрелявших у грозненского университета в качестве живого щита использовал оказавшегося рядом студента. Больше всего людей возмущало то, что официальные власти при этом никак не реагировали. Их просто не было видно.
Тяжелая политическая, социальная и криминальная ситуация в республике не могло не тревожить ее жителей. Официальные власти окончательно потеряли доверие народа и большинство людей стали видеть выход из сложившейся ситуации в возврате прежних времен, когда начальство в республике было большей частью русским, преступники их боялись и вокруг был заметный порядок и гармония. Многие жители Чечни отмечали, что при русских населению республики обеспечивался хотя бы минимальный уровень жизни и ни один чеченец не просил милостыню, как это стало происходить с момента прихода к власти Дудаева или Масхадова. С каждым днем в сознании людей стало укрепляться мнение о том, что нынешние чеченские власти - это малообразованные, бес культурные временщики и рано или поздно российские власти восстановят порядок и закон. В этом виделся единственный выход из создавшегося положения.
На фоне такого общественного мнения начались с начала дагестанские событие, неодобрительно воспринятые как в регионе в целом, так и подавляющим большинством чеченского народа, и затем уже вторжение России в Чечню. Перед этим были взорваны в России три жилых дома с сотнями жертв и общественное мнение страны настроено на то, чтобы бомбить Чечню до последнего вахабита. При этом как-то забывается, что вахабитов в Чечне ничуть не больше, чем в самой России или ее регионах. Однако, другого удобного случая решить за один раз несколько политических задач у России вряд ли будет. Так, при успешном решении для России чеченского кризиса, будет раз и навсегда решен вопрос воинствующего сепаратизма, что несомненно приведет к укреплению России как мировой державы. Во-вторых, будет окончательно преодолена возможность прихода к власти коммунистов. И в третьих, будет решен важнейший вопрос преемственности власти - Путин может рассчитывать на место президента одной из крупнейших держав мира. При этом для нынешщней политической элиты это будет наиболее предпочтительный варианть, т.к. в данном случае передел ожидается минимальный передел собственности, а, следовательно, минимальные политические или социальные потрясения.
Однако главная проблема России - решение чеченского кризиса, зависит от действия федеральных сил именно в первые дни после вхождения в Чечню. Если федеральным силам удастся найти общий язык с пророссийски настроенным большинством чеченского населения, то в шансы на успех значительно повышаются. И наоборот, если российские войска будут бомбить или подвергать артиллерийскому обстрелу села из-за наличия в них нескольких десятков боевиков, что может привести к многочисленным жертвам среди мирного населения, то в данном случае Россия на годы застрянет в Чечне. И у Путина нет ни малейшего шанса занять кресло президента России, поскольку при первых же серьезных проблемах на фронте он рискует потерять свою должность, как это не раз происходило в прежние времена. Нет также будущего у попыток реанимировать парламент завгаевских времен с весьма сомнительной репутацией. Как известно данный парламент был "избран" во времена войны 1994-1996 г. Исключительно важное значение для России имеет также недопущение гуманитарной катастрофы. Если Россия сумеет принять и обустроить всех желающих беженцев из Чечни, то это наполовину обеспечит успех всей операции Москвы в Чечне.
Исходя из сложившейся ситуации можно предположить три сценария решения чеченской проблемы:
Харон Дениев, Ставрополь, Россия
Тел./факс: 8652 244752