3. ГОНДОР И ПОТОМКИ АНАРИОНА

     После Анариона, убитого в битве у Барад Дура, в Гондоре был  тридцать
один король. Хотя война на границах Гондора никогда не затихала, в течение
чем более тысячи лет богатство и власть над землей и морем дунаданцев  юга
все возрастали,  до  правления  Атанатора  II,  прозванного  Алькарином  -
Великолепным. Но уже тогда появились признаки упадка: короли и маршалы юга
женились поздно, и у них было мало детей.  Первым  бездетным  королем  был
Фаластур, вторым - Париакил I, сын Атанатора Алькарина.
     Остогер,  седьмой  король,  восстановил   Минас   Анор,   в   котором
впоследствии короли жили летом. В это время на Гондор впервые напали дикие
люди с востока. Но Таростар, сын Остогера, нанес им поражение, отогнал  от
границ Гондора и принял имя  Ромендакил  -  "Победитель  востока".  Позже,
однако, он был убит в битве с новыми  полчищами  людей  востока.  Его  сын
Турамбар отомстил за него и завоевал большие территории на востоке.
     С  Тараннона,  двенадцатого  короля,  начинается  линия  "Корабельных
королей", которые строили флоты и распространили власть Гондора по берегам
к западу и югу от устья Андуина.  Чтобы  отметить  свои  победы,  Тараннон
короновался под именем Феластура - "Повелителя берегов".
     Ернил первый, его племянник, сменивший его на  престоле,  восстановил
древнюю гавань в Пелагире и построил большой флот. Он осадил Умбар на море
и на суше и взял его, и  Умбар  превратился  в  сильную  крепость  и  порт
Гондора [11]. Но Ернил ненадолго пережил свой  триумф.  Он  со  множеством
кораблей погиб в буре на пути  из  Умбара.  Его  сын  Кирьяндил  продолжил
строительство кораблей, но люди Харада во главе с бежавшими предводителями
Умбара с большим войском напали на эту крепость, и  сам  Кирьяндил  пал  в
битве при Харадваите.
     В течение многих лет Умбар был осажден, но не мог быть захвачен из-за
силы флота Гондора. Кирьягер, сын Кирьяндила, выждал благоприятного случая
и с большой силой пришел с севера по воде и по  суше.  Его  армии  нанесли
полное поражение людям Харада, и короли  Харада  вынуждены  были  признать
господство Гондора (1050). Кирьягер принял имя Хьямендакила -  "Победителя
юга".
     В продолжение  всего  его  длительного  правления  ни  один  враг  не
осмеливался бросить вызов мощи Хьямендакила. Он был королем  сто  тридцать
четыре года, это было, за одним исключением, самое  длинное  правление  во
всей линии Анариона. В его дни Гондор достиг  вершины  своего  могущества.
Королевство протянулось на север до Келебранта и южных окраин  Чернолесья,
на запад - до Грейфлуда, на восток - до внутреннего Моря Ран, на юге -  до
реки Харнен и оттуда по берегу до полуострова и гавани Умбара. Люди  долин
Андуина признавали его власть: короли Харада платили Гондору  дань,  а  их
сыновья в качестве заложников жили при дворе короля Гондора. А Мордор  был
опустошен, и мощные крепости на его границах охраняли все выходы из него.
     Так кончилась линия "Корабельных  королей".  Атанатар  Алькарин,  сын
Хьямендакила, жил в такой роскоши, что люди говорили: "Драгоценные камни в
Гондоре все равно что булыжники, и ими играют  дети".  Но  Атанатар  любил
безделье и ничего не делал для поддержания унаследованной мощи, и два  его
сына имели такой же характер. Увядание Гондора началось еще до его  смерти
и было, несомненно, подмечено врагами. Охрана мордорских  границ  ослабла.
Тем не менее только в дни Балакара первое большое  зло  пришло  в  Гондор:
гражданская война из-за родственных  раздоров,  которая  вызывала  большие
потери и разрушения, так никогда полностью и не восстановленные.
     Миналкар, сын Калмакила, был человеком большой  доблести,  и  в  1240
году Наркакил, чтобы избавиться  от  всех  забот,  сделал  его  правителем
королевства. С этого времени он управлял Гондором от имени короля пока  не
сменил своего отца. Главная его забота была связана с людьми севера.
     Благодаря  миру,  принесенному  мощью  Гондора,   число   их   сильно
увеличилось. Короли оказывали им благоволение, так как  из  меньших  людей
они были ближе всего к дунаданцам (будучи потомками тех  людей  древности,
от которых происходили и эдайн).  И  короли  дали  им  обширные  земли  за
Андуином южнее Гринвуда, чтобы они были защитой от людей  востока.  Ибо  в
прошлом нападения людей востока главным образом направлялись через равнину
между внутренним морем и Пепельными горами.
     Во дни Нармакила I их нападения возобновились, хотя вначале и  малыми
силами, но правитель узнал, что люди севера не всегда  сохраняли  верность
Гондору и некоторые из них присоединялись к  отрядам  востока  либо  из-за
жадности к добыче, либо из-за распрей между их принцами. Поэтому  Миналкар
в 1248 году выступил с большим  войском,  между  Рованноном  и  Внутренним
морем нанес поражение людям востока и уничтожил все их лагеря и  поселения
к востоку от моря. Затем он принял имя Ромендакил.
     Вернувшись, Ромендакил укрепил западный берег Андуина до  впадения  в
него Лимлаита и запретил чужеземцам проезд по реке ниже Эмин Муила. Именно
он поставил столбы Аргоната  у  входа  в  Нем  Нитоель.  Но  поскольку  он
нуждался в людях и хотел усилить и Гондор, и север, он принимал  многих  к
себе на службу и давал им высокие звания в свои армии.
     Ромендакил проявлял особую склонность к  Видугавии,  который  помогал
ему в войне. Он называл себя королем Рованнона и был  действительно  самым
сильным из северных принцев, хотя его собственное государство лежало между
Гринвудом и рекой Келдуин [12]. В 1250  году  Ромендакил  отправил  своего
сына Валакара в  качестве  посла  к  Видугавии,  чтобы  он  жил  с  ним  и
познакомился с языком, обычаями  и  политикой  людей  севера.  Но  валакар
превзошел желания своего отца. Он полюбил северные земли и людей севера, и
женился на Видумави, дочери Видугавии. Это было за несколько  лет  до  его
возвращения. Из-за этого брака впоследствии возникла гражданская война.
     "Ибо  высокие  люди  Гондора  искоса  смотрели  на  северян,  и  было
неслыханным поступком для наследника короны или  вообще  для  сына  короля
жениться на  представительнице  меньшей  и  чуждой  расы...  Когда  король
Валакар состарился, в южных районах начались восстания. Его королева  была
прекрасной и благородной леди, но в соответствии с участью, меньших  людей
жила она недолго, и дунаданцы боялись, что ее потомки  унаследуют  эту  ее
особенность и мощь королей ослабеет. К тому же они  не  хотели  признавать
своим повелителем ее сына, который хоть теперь и назывался Элдакаром,  был
рожден в чужой стране и в юности назывался Винитарья - именем народа своей
матери.
     Поэтому, когда Элдакар сменил отца,  в  Гондоре  началась  война.  Но
Элдакар не пожелал легко отказаться  от  своего  наследия.  К  Гондорскому
происхождению он добавил бесстрашный  дух  северян.  Он  был  прекрасен  и
отважен и  не  проявлял  никаких  признаков  быстрого  старения.  И  когда
восставшие под предводительством потомков королей выступили  против  него,
он сражался изо всех сил. Наконец он  был  осажден  в  Осгилиате  и  долго
удерживал его, но из-за голода и  большого  превосходства  сил  противника
вынужден был бежать, оставив город в огне. Во время этой  осады  и  пожара
была разрушена башня Камня в Осгилиате, а палантир утонул в реке.
     Но Элдакар ускользнул от своих врагов и  прибыл  на  север,  к  своим
родичам в Рованнон. Здесь к нему примкнули как северяне, так и Гондорцы, в
том числе дунаданцы  из  северных  частей  королевства  многие  успели  по
достоинству оценить его, другие приходили из-за ненависти к узурпатору. Им
оказался Кастамир, внук Калимехтара, младшего брата  Ромендакила  второго.
Он не только был ближайшим по крови претендентом  на  корону,  но  и  имел
больше всего сторонников среди  восставших:  он  был  адмиралом  флота,  и
пользовался поддержкой населения  берегов  и  больших  портов  Пелагира  и
Умбара.
     Не успел Кастамир сесть на  трон,  как  проявил  свое  высокомерие  и
невеликодушие. Он  был  жестоким  человеком,  что  и  проявил  при  взятии
Осгилиата. Он приговорил к смерти  захваченного  в  плен  Орнендила,  сына
Элдакара, а убийства и разрушения в городе, произведенные по его  приказу,
намного превосходили нужды войны. Это запомнили в Минас Аноре и  Итилиене,
любовь к  Кастамиру  еще  уменьшилась,  когда  стало  ясно,  что  он  мало
заботится о землях, думая только о флоте и собираясь перенести королевскую
резиденцию в Пелагир.
     Кастамир пробыл королем десять лет. Элдакар, выждав время,  пришел  с
большой армией с севера, и народ сбегался  к  нему  из  Каленардона,  и  с
Анориена,  и  с  Итилиена.  Произошло  большое  сражение  в  Лебеннине   у
перекрестка Эруи, в котором  было  пролито  много  лучшей  крови  Гондора.
Элдакар сам убил Кастамира в поединке и так отомстил за смерть  Орнейдила,
но сын Кастамира бежал и со своими родичами и  сторонниками  закрепился  в
Пелагире.
     Когда здесь собралось много противников короля (у  Элдакара  не  было
кораблей, чтобы осадить Пелагир с  моря),  они  уплыли  и  обосновались  в
Умбаре. И здесь было убежище для всех врагов короля и земля, не  зависящая
от его короны. Умбар оставался в состоянии войны с Гондором на  протяжении
многих  поколений  и  представлял  постоянную  угрозу  береговой  линии  и
движению по морю. Он никогда не был  полностью  подчинен  до  дней  короля
Элессара, а район  южного  Гондора  оставался  спорной  территорией  между
пиратами и королями.
     Потеря Умбара была большим ударом для Гондора не только  потому,  что
были потеряны земли на юге и возросла  угроза  со  стороны  Харада,  но  и
потому, что именно там  Ар-Фаразон  Золотой,  последний  король  Нуменора,
высадился и покорил Саурона. Хотя  впоследствии  наступили  злые  времена,
даже последователи  Элендиля  с  гордостью  вспоминали  прибытие  большого
войска Ар-Фаразона из глубин моря, и на самом высоком  холме  над  гаванью
они  установили  как  памятник  большой  белый  столб.  Он   был   увенчан
хрустальным шаром, который отражал лучи солнца и луны и  сиял,  как  яркая
звезда, которая в самую ясную погоду была видна далеко в Гондоре и в море.
Так он стоял, пока после второго подъема Саурона Умбар не попал под власть
его слуг и памятник его унижения был низвергнут".
 

     После возвращения Элдакара кровь королевского  рода  и  других  родов
дунаданцев оказалась  более  смешанной  с  кровью  меньших  людей.  Многие
великие были убиты  в  родственной  резне,  после  этого  Элдакар  проявил
милость к северянам, с помощью которых  он  вернул  себе  корону,  и  люди
Гондора часто заменялись теми, кто пришел с севера.
     Это смешение вначале  не  очень  ускорило  увядание  дунаданцев,  как
опасались, но мало-помалу это увядание  прогрессировало.  Несомненно,  шла
медленная утрата даров нуменорцев после падения земли звезд. Элдакар дожил
до двухсот тридцати пяти лет и был королем  в  течение  восьмидесяти  пяти
лет, из которых десять провел в изгнании.
 

     Второе  и  еще  большее  зло  пришло  в  Гондор  во  время  правления
Телемнара, двадцать шестого короля, чей отец Минардил, сын  Элдакара,  был
убит  в  Пелагире  пиратами  из  Умбара.  (Ими  командовали  Ангамаите   и
Сангахьяндо,  праправнуки  Кастамира).  Вскоре  темные  ветры  принесли  с
востока смертоносную чуму. Король и все его дети умерли, умерло и  большое
количество  жителей  Гондора,  особенно  в  Осгилиате.  Из-за  болезни   и
отсутствия людей наблюдение за границами Мордора прекратилось, и крепости,
охранявшие проходы, опустели.
     Позже было замечено,  что  это  случилось  тогда,  когда  на  великий
зеленый лес  легла  тень  и  появилось  много  злых  существ  -  признаков
оживления Саурона. Конечно,  враги  Гондора  тоже  пострадали,  иначе  они
захватили бы его, но Саурон мог ждать, и главное - освободились от надзора
границы Мордора.
     Когда умер король Телемнар, засохло  белое  дерево  Минас  Анора.  Но
Тарондор, племянник короля, сменивший его на  престоле,  посадил  отросток
дерева в цитадели. Он перенес постоянную резиденцию короля в  Минас  Анор,
так как Осгилиат к этому времени опустел и начал разрушаться. Мало кто  из
убежавших от чумы в Итилион или западные долины вернулся в город.
     Тарондор, заняв престол юношей, правил дольше всех  королей  Гондора,
но он немного сумел достичь, наводя порядок в своем королевстве и медленно
восстанавливая его мощь. Но Телумехтар, его сын, помня о гибели  Минардила
и будучи обеспокоен высокомерием и дерзостью пиратов, которые нападали  на
побережье вплоть до Анфаласа, собрал силы и 1810 году штурмом взял  Умбар.
В этой войне погибли потомки  Кастамира,  и  Умбар  вновь  стал  крепостью
королей. Телумехтар добавил к своему имени титул Умбардакил.  Но  в  новых
бедствиях, которые вскоре обрушились на Гондор, Умбар был вновь потерян  и
оказался в руках людей Харада.
 

     Третьим бедствием было вторжение вейнрайдеров (всадников на телегах),
истощивших вянущую мощь Гондора в войне, которая длилась  почти  сто  лет.
Это было объединение многих племен, вторгнувшихся с  востока.  Вейнрайдеры
были сильнее и вооруженнее, чем все  предшествующие  жители  востока.  Они
передвигались в больших телегах,  а  их  вожди  сражались  на  колесницах.
Приведенные в движение, как стало известно впоследствии, послами  Саурона,
они внезапно обрушились на Гондор, и король Нармакил  второй  был  убит  в
битве с ними за Андуином  в  1856  году.  Население  восточного  и  южного
Рованнона было порабощено, границы Гондора  в  это  время  отодвинулись  к
Андуину и Эмин Муилу.  (считают,  что  именно  в  это  время  духи  кольца
вернулись в Мордор).
     Калимахтар, сын Нармакила второго, с помощью  восстания  в  Рованноне
отомстил за отца и одержал большую победу над вейнрайдерами под Дагорладом
в 1899  году,  и  на  некоторое  время  опасность  была  предотвращена.  В
правление Арафанта на севере и Ондогера,  сына  Калимехтара,  на  юге  два
королевства  вновь  заключили  союз  после  долгого  периода  молчания   и
отчуждения. Ибо наконец стало ясно, что все нападения на выживших потомков
Нуменора направляются единой  волей.  В  этот  период  Арведуи,  наследник
Арафанта,  женился  на  Фириель,  дочери  Ондогера  (1940).  Но  ни   одно
королевство не смогло оказать помощь другому: Ангмар возобновил  нападения
на Артедайн  в  то  же  время,  как  с  большими  силами  вновь  появились
вейнрайдеры.
     Множество вейнрайдеров прошло южнее Гондора и Мордора, заключив  союз
с людьми Кханда и ближнего  Харада,  и  при  одновременном  наступлении  с
севера и с юга Гондор чуть не погиб. В 1944 году король Ондогер и оба  его
сына Артамир и Фарамир пали в битве севернее Мораннона, и  враг  хлынул  в
Итилиен. Но Ернил, капитан южной армии, одержал  большую  победу  в  южном
Итилиене и уничтожил армии Харада, которые пересекли  реку  Порос.  Быстро
двинувшись на север, он собрал остатки отступавшей северной армии и  напал
на главный лагерь вейнрайдеров, когда они  пировали,  считая,  что  Гондор
поражен и ничто не отделяет их от богатой добычи. Ернил уничтожил лагерь и
сжег телеги, и враг бежал из Итилиена. Большая часть  бежавших  погибла  в
мертвых топях.
 

     "После смерти  Ондогера  и  его  сыновей  Арведуи,  король  северного
королевства, заявил свои права на Гондор, как прямой  потомок  Исилдура  и
как  муж  Фириель,  единственной  оставшейся  в  живых  дочери   Ондогера.
Требование было отвергнуто. В этом главную роль сыграл Пелендур, наместник
короля Ондогера.
     Совет Гондора  ответил:  "Права  на  Гондор  принадлежат  единственно
потомкам Менелдила, сына Анариона, которому Исилдур передал королевство. В
Гондоре это наследие передавалось только сыновьям, и мне не слышали, чтобы
закон в Арноре был иным".
     На это Арведуи ответил: "У Элендиля было два сына: из них Исилдур был
старшим и наследником отца. Мы слышали, что имя Элендиля до сих пор  стоит
во главе линии королей  Гондора,  так  как  он  был  провозглашен  высоким
королем всех дунаданцев.  Пока  Элендиль  был  жив,  правление  югом  было
передано его сыновьям, но  когда  Элендиль  пал,  Исилдур  принял  высокое
королевство своего отца и передал право  на  правление  югом  сыну  своего
брата. Он не отказывался от Гондора и не считал, что государство  Элендиля
должно быть разделено надвое.
     Больше того, в древности в Нуменоре скипетр передавался  старшему  из
детей короля, независимо от его пола. Правда этот закон  не  соблюдался  в
землях изгнанников из-за постоянных угроз войны, но таков был закон нашего
народа, который мы восстанавливаем,  видя,  что  сыновья  Ондогера  умерли
бездетными." [13]
     На это Гондор ничего не ответил. Право  на  корону  предъявил  Ернил,
победоносный капитан, и она была передана ему с одобрения всех  дунаданцев
Гондора, так  как  он  принадлежал  к  королевскому  роду.  Он  был  сыном
Сириендила, сына Калтакила, сына Аркирьеса, брата Нармакила II. Арведуи не
настаивал на своем  требований:  у  него  не  было  ни  силы,  ни  желания
противостоять решению дунаданцев Гондора, но  это  требование  никогда  не
было забыто его потомками, даже когда  собственное  королевство  было  ими
потеряно. Приближалось время конца северного королевства.
     Арведуи действительно оказался последним королем,  как  и  показывает
его имя. Говорят,  что  это  имя  было  дано  ему  при  рождении  пророком
Малбетом, который сказал его отцу: "Ты назовешь его Арведуем, ибо он будет
последним в Артедайне. Хотя дунаданцам придется делать выбор, и  если  они
сделают его в пользу твоего сына, он сменит имя и станет королем  большого
королевства. А если  же  нет,  тогда  много  горя  и  человеческих  жизней
пройдет, прежде чем дунаданцы восстанут, объединившись снова".
     В Гондоре также только один король последовал за Ернилом. Может, если
бы корона и скипетр объединились, королевство сохранилось бы и  много  зла
было бы предотвращено. Но Ернил был мудрым и  не  высокомерным  человеком,
хотя   большинству   жителей   Гондора   королевство   Артедайн   казалось
незначительным, несмотря на родословную его королей.
     Он послал Арведую письмо,  объявив,  что  получил  корону  Гондора  в
соответствии с законами и нуждами южного королевства,  "Но  я  не  забываю
верность Арнора, не отрицаю нашего родства и не хочу отчуждения королевств
Элендиля. Я пошлю вам помощь, когда потребуется, если буду в состоянии."
     Однако не скоро Ернил почувствовал себя  достаточно  уверенно,  чтобы
выполнить свое обещание. Король  Арафант  продолжал  с  убывающими  силами
отражать нападения Ангмара, а Арведуи, сменивший  его,  поступал  так  же.
Наконец весной 1973 года в  Гондор  прибыли  вестники  с  сообщением,  что
Артедайн находится в большой  опасности  и  что  колдовской  король  готов
окончательно сокрушить его. Тогда Ернил послал, как мог быстро,  на  север
своего сына Ернура с большим флотом и со всеми силами, какие мог выделить.
Слишком поздно. И прежде чем  Ернур  достиг  гаваней  Линдона,  колдовской
король захватил Артедайн, и Арведуи погиб.
     Но когда Ернур прибыл в Серую гавань,  великая  радость  и  удивление
были среди людей и эльфов. Так велик был этот  флот,  что  кораблям  негде
было приставать, хотя и Харлонд и  Ферлорнд  были  заполнены,  и  с  флота
высадилась огромная армия. Так во всяком  случае  казалось  людям  севера,
хотя это было лишь слабое напоминание о былой мощи Гондора.  Больше  всего
хвалили лошадей, большинство из которых прибыло с долин Андуина, а с  ними
были высокие и прекрасные всадники, гордые принцы Рованнона.
     Тогда Сирдан созвал к себе всех, кого мог, из  Линдона  и  Арнора,  и
когда все было готово, войско пересекло Луну и двинулось на север,  бросая
вызов  колдовскому  королю  Ангмара.  Говорили,  что  он  теперь  живет  в
Форносте, наполнив его злыми существами и захватив дом и права королей.  В
своей гордости он и не стал ждать врагов в крепости, а вышел им навстречу,
думая смести их в Луну.
     Но войско запада обрушилось на него в холмах Эвендим, и здесь на поле
между Невралом и северными  склонами,  произошло  большое  сражение.  Силы
Ангмара дрогнули и  начали  отступать  к  Форносту,  когда  главный  отряд
всадников, обойдя вокруг холмов, ударил по ним с севера. Тогда  колдовской
король со всеми силам, какие смог собрать после поражения в  битве,  бежал
на север, пробираясь в собственное королевство Ангмар. Прежде чем он  смог
укрыться в Карн-Дам, его догнала кавалерия Гондора во главе с  Ернуром.  В
то же время из Раздола  выступило  войско  под  командованием  эльфийского
повелителя Глорфинделя. Ангмар  потерпел  окончательное  поражение,  и  ни
одного человека или орка из этого королевства не осталось западнее гор.
     Но, говорят, когда все было потеряно появился сам колдовской  король,
в черном, с черной маской и на черном коне. Страх охватил видевших его, но
он в своей ненависти выбрал лишь  капитана  Гондора  и  с  ужасным  криком
двинулся на  него.  Ернур  хотел  противостоять  ему,  но  лошадь  его  не
выдержала и понесла его, и он не смог справиться с ней.
     Тогда колдовской король рассмеялся,  и  никто  из  слышавших  не  мог
забыть ужаса этого смеха. Но Глорфиндель подъехал к нему на белом коне,  и
среди своего смеха колдовской король повернулся и исчез в тени.  Никто  не
видел, куда он исчез.
     Ернур хотел ехать за ним следом, но Глорфиндель, глядя в собирающийся
уже мрак, сказал: "Не преследуйте его! Он не вернется  в  эту  землю.  Его
судьба далеко, и не от руки мужчины он падет." Многие запомнили эти слова,
но Ернур был в гневе, желая отомстить за свое бесчестье.
     Так кончилось злое королевство Ангмар, и так Ернур, капитан  Гондора,
вызвал смертельную ненависть колдовского  короля,  но  прошло  много  лет,
прежде чем это обнаружилось."
 

     Как стало ясно впоследствии,  при  короле  Ерниле  колдовской  король
бежал с севера и явился в Мордор, и здесь собрались остальные духи кольца,
главой которых он был. Но лишь в 2000 году они  по  проходу  Кирит  Унгола
вышли из Мордора и осадили Минас  Итил.  Они  взяли  его  в  2002  году  и
захватили палантир башни. На протяжении всей третьей  эры  они  оставались
там, и Минас Итил стал местом  ужаса  и  назывался  Минас  Моргул.  Многие
жители Итилиена покинули его.
 

     "Ернур был подобен своему отцу доблестью, но  не  мудростью.  Он  был
человеком  с  сильным  телом  и  горячим  характером.   Единственным   его
удовольствием были сражения  и  упражнения  с  оружием.  Отвага  его  была
такова, что никто в Гондоре не мог устоять против  него  в  состязаниях  с
оружием. Он был скорее чемпионом, чем  предводителем  армии.  Он  сохранил
свою силу и искусство до глубокой старости."
 

     Когда в 2043 году Ернур получил корону, король Минас  Моргула  вызвал
его на единоборство, издеваясь над ним за то, что  тот  не  устоял  против
него в битве на севере. Наместник Мардил сдержал гнев короля. Минас  Анор,
который со времен короля Телемнара  стал  главным  городом  королевства  и
постоянной резиденцией королей  был  переименован  в  Минас  Тирит  (Башня
Стражи), так как этот город стоял на страже против зла Мордора.
     Ернур был королем  в  течение  семи  лет,  когда  повелитель  Моргула
повторил свой вызов, издеваясь над королем и говоря, что к трусости юности
он добавил слабость старости. Мардил не мог больше удержать короля, и  тот
с небольшим отрядом рыцарей поехал к Минас Моргулу. Ни о ком из них больше
никогда ничего не слышали. В Гондоре верили, что вероломный  враг  заманил
короля в ловушку, и что король умер в пытках в Минас Моргуле, но поскольку
свидетелей его смерти не было, наместник Мардил много лет правил  Гондором
именем короля.
     К этому времени осталось мало  членов  королевского  рода.  Их  число
сильно уменьшилось в родственных раздорах,  к  тому  же  к  этому  времени
короли стали ревнивы и бдительно следили за своими  родственниками.  Часто
те,  на  кого  падало  подозрение,  бежали  в  Умбар  и  присоединялись  к
мятежникам,  другие,  отказываясь  от  своей  родословной,  породнились  с
меньшими людьми Среднеземелья.
     Так получилось, что нельзя было найти ни одного претендента на корону
с  чистой  кровью  или  пользующегося  всеобщей  поддержкой.  Все  боялись
возобновления раздоров, опасаясь, что при возобновлении гражданской  войны
Гондор погибнет. Поэтому наместник продолжал править  Гондором,  а  корона
Элендиля лежала на коленях короля Ернила, в доме мертвых, где  ее  оставил
Ернур.
 
 

                                 НАМЕСТНИКИ

     Род наместников  назывался  родом  Хурина,  ибо  они  были  потомками
наместника короля Минардила (1621-34), Хурина  из  Эмин  Арнела,  человека
высокого нуменорийского происхождения. После него короли  всегда  избирали
себе  наместников  из  числа  его  потомков   и   после   дней   Пелендура
наместничество стало наследственным, передаваясь от отца к сыну.
     Каждый новый наместник принимал должность с клятвой  "Дежать  жезл  и
править именем короля до его возвращения." Но вскоре  это  превратилось  в
ритуал, значение которого утратилось, ибо наместники сосредоточили в своих
руках всю королевскую власть. Но в Гондоре многие по-прежнему верили,  что
со временем  король  вернется,  и  вспоминали  древнюю  линию  на  севере,
представители которой, как говорили, все еще скрываются в тени. И правящие
наместники ожесточили свои сердца против таких слухов.
     Тем не менее наместники никогда не садились на древний трон, и они не
носили короны и не держали скипетра. Знаком их власти служил белый жезл, и
у них было белое знамя, а королевское знамя  было  черным  с  изображением
белого дерева и цвету под семью звездами.
     После Мардила, первого в линии правящих наместников, их было двадцать
четыре до времен Денетора второго, двадцать шестого и последнего правящего
наместника Гондора. Вначале их правление было спокойно, ибо это  были  дни
бдительного мира, во время которого Саурон отступил перед Белым советом, и
духи кольца скрылись в долине Моргула. Но со времен  Денетора  первого  не
было никогда полного мира, и даже когда Гондор не вел открытых  войн,  его
границы находились под постоянной угрозой.
     В конце правления Денетора первого  из  Мордора  впервые  вышла  раса
уруков - черных орков большой силы. В 2475 году они прошли через Итилиен и
захватили Осгилиат. Боромир, сын Денетора (в его  честь  был  впоследствии
назван Боромир, один из девяти членов товарищества) нанес им  поражение  и
освободил Итилиен, но Осгилиат был полностью разрушен, а большой  каменный
мост сломан. Впоследствии люди здесь уже  не  жили.  Боромир  был  великим
военачальником, и даже  колдовской  король  опасался  его.  Благородный  и
прекрасный, с сильным телом и волей, он получил в войну отравленную  рану,
которая сократила его дни: он высох от боли и умер  через  двенадцать  лет
после своего отца.
     После него началось долгое  правление  Кириона.  Он  был  бдителен  и
осторожен, но сила Гондора ослабела, и он мог лишь охранять свои  границы,
в то время как враги (или власть, двигающая ими) готовили свои удары, а он
не мог помешать этому. Пираты грабили берега Гондора, но главная опасность
находилась на севере, на широких землях  Рованнона,  между  Чернолесьем  и
рекой Быстротечной, жили теперь свирепые люди,  находившиеся  в  тени  Дол
Гулдура. Они часто совершали набеги  через  лес,  пока  долина  к  югу  от
Андуина и полей Радости не превратилась в пустыню. Эти  балкоты  постоянно
усиливались за счет своих родичей, приходивших с востока, в то  время  как
население Каленардона сокращалось. И Кирион с трудом  удерживал  линию  по
Андуину.
 

     "Предвидя бурю, Кирион послал на север за помощью, но опоздал: в этом
году (2510) балкоты, построив много больших лодок и  плотов  на  восточном
берегу Андуина, переплыли реку и смели защитников.  Армия,  двигающаяся  с
юга, была отрезана и отогнана на север к Лимлаиту, и здесь на нее внезапно
напала орда орков с гор и потеснила к Андуину. И  тогда  с  севера  пришла
помощь,  которой  никто  не  ждал,  и  впервые  в  Гондоре  услышали  рога
рохирримов. Эорл Юный со своими всадниками ударил по врагам и балкоты  все
были перебиты на полях Каленардона. Кирион подарил эти земли Эорлу, и  тот
поклялся  в  дружбе  Гондору,   пообещав   оказывать   помощь   в   случае
необходимости."
 

     Во дни  Берена,  девятнадцатого  наместника,  еще  большая  опасность
обрушилась на Гондор. Из Умбара и Харада приплыли три долго готовившиеся в
тайне флота и высадили на берега Гондора  большое  войско:  враг  совершал
множество высадок  вплоть  до  самого  устья  Изена.  В  то  же  время  на
рохирримов напали с запада и востока,  земля  их  была  захвачена,  и  они
отступили в долины Белых гор. В  этом  году  (2758)  была  долгая  зима  с
сильными ветрами, длившаяся пять месяцев. Хелм Роханский и  оба  его  сына
погибли в войне; нищета и смерть царили во всем Эриадоре и  Рохане.  Но  в
Гондоре, южнее гор, положение было легче, и с наступлением весны Берегонд,
сын Берена отогнал захватчиков. Немедленно он отправил помощь в Рохан.  Он
был величайшим из капитанов Гондора после  Боромира,  и  когда  он  сменил
своего отца (2763), Гондор начал восстанавливать свои силы. Но Рохан  было
труднее излечить от ран войны. Поэтому-то Берен приветствовал  Сарумана  и
передал ему ключи Ортханка, и с этого  года  (2759)  Саруман  поселился  в
Изенгарде.
 

     Во дни Берегонда в Туманных горах происходила война  гномов  и  орков
(2793-9), от которой  на  юг  дошли  лишь  слухи.  Затем  орки  бежали  из
Нандугириона, пытаясь пересечь Рохан  и  обосноваться  в  Белых  горах.  В
горных долинах много лет шла борьба, пока все не затихло  и  опасность  не
миновала.
     Когда умер Белектор второй, двадцать первый наместник,  белое  дерево
засохло и в Минас Тирите, но его оставили стоять "До возвращения  короля",
ибо не смогли найти ни одного отростка.
     Во дни Турина второго враги Гондора оживились снова:  власть  Саурона
возрастала,  и  день  его  появления   приближался.   все,   кроме   самых
мужественных, покинули Итилиен и переселились к  западу  от  Андуина,  ибо
земля кишела орками Мордора. Именно  Турин  построил  тайные  убежища  для
своих солдат в Итилиене, из этих  убежищ  дольше  всего  охранялся  Хеннет
Аннун. Он также укрепил остров Каир Андрес [14], чтобы  защищать  Анориен.
Но главная опасность находилась на юге, где харадримы заняли южный  Гондор
и по всей реке Порос проходили ожесточенные схватки. Когда  враг  наводнил
Итилиен, король Рохана  Фолквайн  выполнил  клятву  Эорла  и  отплатил  за
помощь, оказанную Берегондом, послав много людей в Гондор.  С  их  помощью
Турин одержал победу на Поросе, но оба сына Фолквайна пали в  этой  битве.
Всадники похоронили их по обычаю своего народа в одной могиле, так как они
были близнецами. Долго простояла их могила  -  Хауд  Гванур  -  высоко  на
берегу реки, и враги опасались проходить мимо.
     Турина сменил Тугрон. Его время памятно главным образом тем,  что  за
два года до его смерти вновь восстал Саурон и открыто объявил о  себе:  он
вошел в Мордор, который долго к этому готовился. Вновь поднялся Барад-Дур,
гора Судьбы изрыгнула пламя и последние люди  бежали  из  Итилиена.  Когда
Тугрон  умер,  Саруман  объявил  Изенгард  своей  собственностью  и  начал
укреплять его.
     "Эктелион второй, сын Тугрона, был мудрым человеком. Он  вновь  начал
укреплять  королевство,  чтобы  предотвратить  нападение  из  Мордора.  Он
приглашал отовсюду достойных людей к себе на службу и тем, кто  оправдывал
его ожидания давал звания и награды. Во всех его делах ему помогал великий
воин, которого он любил больше  всего.  В  Гондоре  этого  человека  звали
Торонгил - Орел Звезд, ибо он был быстр и остроглаз, а  на  плаще  у  него
была вышита серебряная звезда. Но никто не знал ни его  настоящего  имени,
ни того, в какой земле он родился. Он пришел к Эктелиону из Рохана, где до
этого служил королю Тенгелу, но он был не из рохирримов.  Он  был  великим
предводителем людей на суше и на море,  но  до  конца  дней  Эктелиона  он
исчез.
     Торонгил убеждал Эктелиона, что мятежники Умбара представляют большую
опасность для Гондора.  Если  Саурон  начнет  открытую  войну,  это  будет
смертельная угроза  для  южных  районов.  Наконец  он  получил  разрешение
наместника, собрал небольшой флот, неожиданно ночью приплыл в Умбар и сжег
большую часть кораблей  пиратов.  Сам  он  в  сражении  на  причалах  убил
начальника гавани и отступил с малыми потерями. Но когда флот  вернулся  в
Пелагир, к печали и удивлению людей, Торонгил не показался в Минас Тирите,
где его ждали великие почести.
     Он отправил прощальное послание  Эктелиону,  говоря:  "Другие  задачи
ждут меня теперь, повелитель, и много времени  пройдет,  много  опасностей
минует, прежде чем я снова появлюсь  в  Гондоре,  если  такова  будет  моя
судьба". И хотя никто не знал, о  каких  задачах  он  говорил  и  кто  его
вызвал, было известно, куда он отправился. Он  на  лодке  пересек  Андуин,
попрощался со своими спутниками и дальше пошел один, и когда его видели  в
последний раз, лицо его было обращено к горам Тени.
     В Гондоре уход Торонгила вызвал отчаяние, всем это казалось  огромной
потерей,  кроме  Денетора,  сына  Эктелиона,  который  готов  был  принять
наместничество. Через четыре года,  после  смерти  своего  отца,  он  стал
наместником.
     Денетор второй  был  гордым  человеком,  высоким,  отважным  и  более
похожим на короля, чем любой из людей Гондора. К  тому  же  он  был  мудр,
проницателен и  хорошо  знал  сказания  прошлого.  Он  был  так  похож  на
Торонгила, что мог быть принят за его ближайшего родственника, и все же  в
сердцах людей и  во  мнении  отца  он  находился  на  втором  месте  после
чужеземца. Многие подумали, что Торонгил удалился, прежде чем его соперник
станет наместником, хотя на самом деле Торонгил никогда  не  соперничал  с
Денетором и не претендовал на большее, чем роль слуги его отца. И  лишь  в
одном их советы расходились: Торонгил часто предупреждал Эктелиона,  чтобы
он не верил Саруману Белому в Изенгарде,  но  приветствовал  бы  Гэндальфа
серого. Но между Денетором и Гэндальфом не  было  любви,  и  после  смерти
Эктелиона серого пилигрима встречали  в  Минас  Тирите  довольно  холодно.
Поэтому позже, когда все стало ясно, многие считали, что Денетор,  который
обладал  проницательным  умом  и  видел  дальше  и  глубже  других  людей,
догадался, кто такой на самом деле этот чужеземец Торонгил,  и  заподозрил
что он в союзе с Митрандиром и хочет отстранить наместника.
 

     Когда  Денетор  стал  наместником  (2984),  они   оказался   властным
повелителем, державшим  все  дела  государства  в  своих  руках.  Он  мало
говорил. Он выслушивал все советы, а затем поступал по-своему.  Он  поздно
женился (2976), взяв в жены Финдунлас, дочь Адрахила из  Дол  Амрота.  Она
была женщиной большой красоты и мягкого сердца, но  через  двенадцать  лет
она умерла. Денетор любил ее по-своему и  еще  больше  он  любил  старшего
сына. Но  людям  казалось,  что  она  увяла  в  крепости,  как  цветок  из
приморской долины, пересаженный на голую скалу. Тень востока наполняла  ее
ужасом, и она поворачивала глаза к югу, к морю, которое она утратила.
     После ее смерти Денетор стал еще угрюмее и  молчаливее,  чем  прежде;
часто он сидел в  одиночестве  в  башне,  погрузившись  в  задумчивость  и
предвидя, что нападение Мордора произойдет в его время. Впоследствии стало
ясно, что, нуждаясь в знаниях, будучи гордым и веря в свои  силы  и  волю,
Денетор осмелился заглянуть в палантир Белой башни. Никто  из  наместников
не решался на это, не делали этого даже короли Ернил и Ернур после падения
Минас Итила, когда палантир Исилдура попал в руки врага; ибо камень  Минас
Тирита был палантиром Анариона, наиболее близким к  тому,  которым  владел
Саурон.
     Таким путем Денетор получил большие знания о том,  что  происходит  в
его королевстве и далеко за его границами, чему удивлялись все люди, но он
дорого заплатил за эти знания,  преждевременно  состарившись  из-за  своей
напряженной борьбы с Сауроном. Гордость увеличивалась в Денеторе вместе  с
отчаянием, пока он не стал во всех делах видеть  соперничество  повелителя
Белой башни и повелителя Барад-Дура и  перестал  доверять  всем  остальным
борющимся с Сауроном, даже если они служили ему самому.
     Приближалось  время  войны  кольца,  и  сыновья  Денетора  вырастали.
Боромир, старше своего брата на пять лет, любимый отцом, был похож на него
лицом и гордостью, но мало чем еще. Он скорее был  человеком  типа  короля
Ернура в древности,  не  пожелавшим  жениться  и  находившим  удовольствие
только  в  занятиях  с  оружием.  Он  был  бесстрашен  и  силен,   но   не
интересовался стариной, за исключением сказаний о битвах. Младший  Фарамир
был похож на него внешне, но совсем не похож  по  характеру.  Он  читал  в
сердцах людей так же легко, как и его отец, но это чтение вызывало у  него
скорее жалость, чем презрение. Он был мягок в обращении, любил сказания  и
музыку, и поэтому многие в эти жестокие дни считали его менее храбрым, чем
его брат. Однако это было не так, хотя Фарамир никогда не  искал  славы  и
опасности без необходимости. Он радостно  встречал  Гэндальфа,  когда  тот
появлялся в городе, и узнавал, что было можно, из его  мудрости,  и  этим,
как и многим другим, он вызывал недовольство своего отца.
     Но братья очень любили друг друга, и с детства Боромир был помощником
и защитником Фарамира. Ни ревность, ни соперничество  не  возникали  между
ними из-за милостей отца или из-за  похвал  воинов.  Фарамир  считал,  что
никто в Гондоре не может соперничать с  Боромиром,  наследником  Денетора,
капитаном Белой башни, и сам  Боромир  считал  так  же.  Но  на  деле  все
оказалось иначе. Но обо всем, что  выпало  на  долю  этих  троих  в  войне
кольца, многое  уже  сказано.  А  после  войны  дни  правящих  наместников
кончились: ибо  вернулся  наследник  Исилдура  и  Анориона,  возобновилось
королевство и на башне Эктелиона развернулось знамя с белым деревом."

Дальше